Трещина

Ее затуманенные глаза были широко распахнуты, губы сжаты, лицо бледное. Ричи провел кончиками пальцев по лицу, затем сделал вид, что обнимает, а сам шепнул на ухо:

– С этого момента ты будешь послушной девочкой. И если не хочешь лишиться красоты, будешь делать все, как я скажу.

Она отвернула голову, когда он хотел поцеловать.

– Ну-ну… стоит быть со мной поласковей, милая. Я ведь люблю тебя.

Глубоко внутри неё вспыхнул гнев, прикрывая страх, овладевший ею прошлой ночью. Слова сами вырвались из уст:

– Рано радуешься своей победе, дорогой.

Если я захочу, то никакие угрозы не изменят моего решения. Твои угрозы – это естественная причина, обязывающая меня подчиняться. Но могу тебя предупредить: меня не так легко сломить, как кажется на первый взгляд.

– И что же ты можешь, Лили? Разведешься? – Ричи крепко сжал ее запястье и придвинул к себе вплотную. – Развод не решит проблему, понимаешь? Эта проблема лишь усугубит дело. Потому что ты навредишь не только мне. – Он отпихнул ее от себя и жестко добавил: – Ты все это прекрасно знаешь.

Не пытайся казаться сильнее.

Не в силах находиться с ним в одном помещении, Лили вышла, демонстративно бахнув дверью. И в коридоре встретилась с Молана. Час от часу не легче.

– Лил Си.

– Стэтэм.

Лили вздернула носик. Ее конский хвост откинулся назад. Платье с воротничком в стиле ретро делало ее меньше и моложе. Перед Молана Лили стояла словно школьница перед учителем.

– Поздравляю. И на этот раз ты выкрутилась.

– Ты ведь знаешь меня, Молана. И если ты хочешь знать истинную причину моего поведения, спроси Ричи. Я ошибаюсь открыто, а он делает свои ошибки тихо и незаметно.

Она собралась уйти, но Молана успел схватить ее за локоть.

– Сколько раз я тебе говорил: не глупи, – сказал он не глядя в ее сторону. – Я могу развести вас тихо и без скандалов. Тебе будет обещана свобода. Ты сможешь сохранить карьеру.

Лили прищурила глаза.

– Ты знаешь, чего я хочу, – добавил он.

Лили знала. Это не в первый раз, когда Молана предлагает переспать с ним. Но Лили еще не настолько перестала себя уважать, чтобы забраться в постель к пятидесятилетнему мужчине. В молодости Молана был мечтой любой женщины. Лили видела его фотографии в двадцать лет, когда он играл в джазовом оркестре. Его сравнивали с Марлоном Брандо – дьявольская смесь из божественного дара, редкой мужской красоты, грации хищного зверя и… отвратительного характера.