В моей шкуре

Я захлёбывалась и никак не могла выровнять дыхание. В лёгких что-то хрипело. Этот хлопец, похоже, курил. Мне только на миг стало интересно, почему организм не требует сигареты, ведь тело не моё и органы не мои. А потом плюнула. Да и к черту! Женский мозг не унять.

– Вон он, – шепнул нам Артём, кивнув в сторону подъезда. Рома до сих пор говорил по телефону и достаточно громко, так что его можно было расслышать.

– Да он черт, понимаешь? – кричал он в трубку пьяным голосом. – Ничего я ему не должен! Хрен он старый, слышишь?

Опять у кого-то денег занял, а отдавать нечем.

Мою душу сдавило, а внутри тягостно клокотала боль. В мыслях царил кавардак. Рома никогда не изменится.

– Ник, мама уже два раза звонила, – услышала я тихий голос брата и не стала больше его задерживать.

– Беги домой. Ты, наверное, замёрз. Мы тут справимся как-нибудь, – сказала я, погладив его по лицу. Моя улыбка не смогла скрыть грусть в глазах. Артём обнял меня. Таня даже прослезилась.

А потом мы вдруг услышали:

– Ну, хрен моржовый! Ты погоди, я сейчас приду и мы разберёмся, кто прав, а кто виноват.

Путь был свободен. Артём сел на велосипед и поехал домой, к счастью, находившемуся не очень далеко от этого района. А мы с Таней поднялись к Аиде Васильевне. Женщина открыла дверь после третьего звонка. Ноги у неё совсем были плохи.

А дальше просто картина маслом – открывается дверь, Аида Васильевна видит меня, на лице отражается испуг и она быстро захлопывает дверь. И я знаю, что она стоит сейчас и пялится в глазок.

Мы с Танькой переглянулись.

– Она меня узнала, – тихо прошептала в ладонь.

– Я это поняла, – согласилась подруга. – Иначе как объяснить такую реакцию?

Вот теперь ни одна из нас не собиралась уходить отсюда с пустыми руками.

– Аида Васильевна, вы ведь знаете, кто я? – громко сказала я.

– Не знаю! Уходите! – послышался ответ за дверью.

– А ведь я столько лет с Ромой встречалась, а вы так со мной поступили.

– Уходите!

– Аида Васильевна, – обратилась к ней Таня, – давайте начистоту.

Вашему сыну нужны деньги, нам нужна помощь. Решим всё полюбовно и с пользой, а? Что скажете?

– Что ты делаешь? – одними губами спросила я. В моём кошельке и ста рублей не наберётся. Какие деньги? Но Таня жестом показала: «Спокойствие».

Аида Васильевна долго не раздумывала, поскольку от предложения Тани только дурак откажется. Она проводила нас в гостиную, где мы сели на потрёпанный диван.