В плену востока

Азиз целует меня в макушку.

Тишина заполняет комнату. Через минуту Азиз засопел. Я снова смотрю на платье, на которое падает лунный свет.

«Я справлюсь», – мысленно подбадриваю себя, закрываю глаза и тут же засыпаю.

В объятиях Азиза мне всегда спокойно и тепло. Не хочу никого другого.

За вуалью арабского мира

На дорогу уходит больше часа. За рулём Дагман, рядом с ним на переднем сиденье сидит Азиз. Оба в тёмных очках и элегантных серых костюмах, белые манжеты выглядывают из-под рукавов пиджака.

У Дагмана золотые часы. Азиз крутит в руке новейший айфон. А мне приходится довольствоваться одиночеством на заднем сиденье. Под шалью и боне всё чешется и зудит. Мне некомфортно. Платье хоть и лёгкое, но мне хочется его снять, оголить ноги и руки. Счастье, что в машине кондиционер, облегчающий моё положение.

По дороге я узнаю, что название города-оазиса Эль-Айн переводится «весна» и «родник». Его назвали так, потому что здесь находится множество источников. Это один из старейших городов государства, является родиной шейха Заида – основателя и президента ОАЭ, величественный дворец которого располагается в центре Эль-Айна.

Дагман специально проезжает мимо, чтобы я могла полюбоваться этим красивейшим строением.

По дороге в имение Азиза я разглядываю мечети и здания оригинальной архитектуры. Не замечаю ни одного высотного здания. Азиз поясняет, что это так специально задумано, чтобы подчеркнуть красоту городских парков и садов.

Дом Азиза огромный.

Я глазам своим поверить не могла, когда он сообщил, что мы въезжаем на их территорию. Сначала мы проезжаем высокие ворота, затем двигаемся по ровному асфальту к дому. Мимо проносятся деревья и стриженные кустарники. Замечаю интересные фонтаны и скамейки. Здесь совершенно отдельный мир.

Волнение захлёстывает меня с головой. Мы выбираемся из машины. Азиз больше меня не касается – нельзя. Дагман тихо шепчет, пока Азиз возится с моей сумкой, что я выгляжу восхитительно в этом платье.

Киваю в знак благодарности, затем опускаю голову и поднимаюсь по каменным ступеням.

Везде колонны и пустые коридоры через которые можно попасть в определенную часть дома. Я никогда в жизни не видела даже близко похожего дома. Вдалеке замечаю нескольких мужчин в белом одеянии, с трудом отвожу от них взгляд.

В какой-то момент Дагман отделяется от нас и, сказав что-то Азизу на арабском, скрывается за чёрной дверью. А мы идём дальше. Мое сердце гулко стучит.