Флешбэки из Поднебесной, или Каталина гоуз нах Джонгуо

Девичья косметичка по размерам и весу напоминала скорее небольшой саквояж с тяжелой артиллерией, где хранятся стратегические запасы красоты для прицельной стрельбы глазами и прочих приемов обольщения лиц противоположного пола. Когда прошлым летом семья собралась на отдых в Турцию, мама начала методично взвешивать вещи, приготовленные для упаковки в багаж, тогда и выяснилось к всеобщему возмущению, что Катькин стратегический запас косметики весит чуть больше двух килограммов. Папа с негодованием закатывал глаза и требовал на две трети уменьшить количество вывозимых дочерью средств изменения внешности, мама с недоумением перебирала Катькины бутыльки, тюбики, коробочки и прочие атрибуты юного визажиста и пыталась узнать предназначение всего этого богатства.

В конечном счете рыдания дочери, подкрепленные ее уверениями в том, что блеклым уродом она не поедет вообще, и пусть они едут одни в свою гребаную Турцию, выторговали ей один килограмм драгоценных таинственных косметических причиндалов, которые ей позволено было взять с собой.

Сейчас же Катька с удовольствием погрузилась в бездонную пучину своей косметички, выуживая оттуда необходимые для сегодняшнего образа устройства, конструктивно предназначенные для создания оружия массового обольщения противника. Пока юная фам фаталь, уютно устроившись на диване, наносила боевой раскрас, в комнату неспешно вплыл здоровенный рыжий кот, гордо неся наперевес пушистый хвост. Он легко запрыгнул на спинку дивана и принюхался.

Глаза его сверкнули неугасимым огнем – о, этот дивный запах! И кот решительно ринулся к голове своей хозяйки, свесившись к ней со спинки дивана. Он блаженно терся мордой и шеей о мокрые волосы, урчал и энергично выкусывал что-то прямо у корней.

– Ысь, ну что ты там опять унюхал, дурень? – отбивалась от него хозяйка. – Я же вроде бы не мажу волосы валерьянкой, что за кошачий афродизиак ты нашел в моем шампуне? – недоумевала она. – Я же так облысею на фиг, отстань от меня, – раздраженно сказала Катька и отодвинулась от спинки дивана подальше.

Кот недовольно оторвался от вожделенной гривы мокрых волос, спрыгнул на пол и сел напротив, отвернувшись от девушки.

– Не изображай мне тут укоризненную спину, – внушала она меховому агрессору. – Я понимаю, что у тебя это, может, единственная радость – погрызть мои волосы, после сытного обеда и сладкого сна в мягкой постели, конечно.