Russia true-crime history: самые громкие преступления от Киевской Руси до СССР

Зато малые дружинники, слуги и паробки, были в почете и фаворе, и на охоту с князем ездили, и совершали многое из того, чего не разрешалось старшим.

Князь известен был своим крутым нравом, виновного сурово карал, случалось и невиновный попадался под руку. В ссоре с Ростиславичами многие отступились от Андрея Юрьевича, слишком невоздержен был князь, распалился в гневе, чужой бедой похвалялся, впустил к себе в сердце дьявола, и погубил через то много народу, пролил кровь русскую. Представлял себя не просто князем – самовластцем.

Других же князей считал подручниками.

Забыл Боголюбский дедово наставление. «Ни правого, ни виноватого не убивайте и не повелевайте убить его; если и будет достоин смерти, не губите никакой души христианской» – поучал Владимир Мономах в своем «Наставлении», да кто его слушался?!

Жил Андрей Юрьевич в окружении разнообразной дворни, т.е. людей принадлежащих к его двору. Здесь были слуги, «детские», «милостинники», смерды, рабы, чужестранцы.

Князь с удовольствием приклонял ухо и слушал их глупые речи, поручал важные дела, раздавал должности, назначал исправниками и судьями. Дворовая шушера, жившая и кормившаяся за счет князя, безбожно обкрадывала хозяина, одновременно притесняя простой люд. Князь закрывал глаза на безобразия.

Изредка только, когда иные зарывались, приказывал казнить. Так вышло с «Белым Клобучком» Феодором, которого Андрей Юрьевич задумал сделать епископом Владимирским, независимым от Киева, подчиняющимся напрямую Константинополю.

Но легко сказать, да тяжело сделать.

Самопровозглашенный епископ оказался прохвостом с хорошо подвешенным языком, он так сумел очаровать князя, забрал такую власть в государстве, что сам лично творил инквизиторский суд и расправу над еретиками, т.е. над теми, кто не хотел признать его владыкой и оставался верен Киевской епархии. Феодор распинал, вешал, вынимал глаза и урезал языки, варил в котлах несогласных с ним простецов и иереев, и проделывал все это при попустительстве, а кое-кто считал, что и по приказу князя Боголюбского.

Когда молва о мерзостях, творимых Федорцом, дошла до Киева, общественность вознегодовала. Церковные иерархи, патриарх Константинопольский, епископ Кирилл Туровский, прозванный «вторым Златоустом», писали к Андрею Боголюбскому и уговаривали отослать Феодора от греха подальше.