Апостол Смерти

Демид вставил в слот свою флешку, уткнулся в монитор и флегматично бросил:

– Выезжаем на Голиково сегодня в девять. Тебе, Лера, лучше остаться дома.

– Я не пойду домой! – огорчённо выдала та и добавила, как будто извиняясь: – Я… тоже хочу поехать…

– Лера. – Некромант грузно втянул воздух, щёлкая по кнопке мыши немного быстрее, чем нужно бы. – Пойми правильно – ты со мной уже почти сутки, и сейчас, по закону, я за тебя в ответе. Если ты не явишься домой, мать объявит тебя в розыск, и у меня могут быть проблемы.

Останься сегодня дома, так всем будет лучше. А ты, Никита, будь готов к девяти вечера. Кстати, пока мы у тебя дома, подумай, что бы ты хотел забрать отсюда с собой. Что положить на твою могилу?

Я замялся, подёргал плечами и бросил:

– Компьютер, холодильник и машину.

– Проблематично.

– Ну, тогда ничего.

– Может, какую-то любимую вещь – украшение, брелок, сувенир, фотографию? Подумай, пока мы здесь. Другой возможности уже не будет.

Думать пришлось долго. Я походил по квартире, осмотрел все полки, повспоминал, что лежит в ящиках и шкафах, и, так и не придумав, попросил первое, что пришло в голову.

* * *

Лера уже влезла в пальто, а Демид открыл первую дверь, как по второй, металлической, створке вдруг забарабанил чей-то кулак.

Некромант, в отличие от Леры, не издал испуганный возглас и не ругнулся, как я, а замер и прислушался к тишине.

– Перегнули, – со смирением прошептал он и решительно крутанул ручку замка.

– Старший сержант милиции Сафронов.

Поступил вызов о проникновении неизвестных в квартиру покойного.

Милиционер, молодой мужчина лет тридцати, выглядел внушительно и устрашающе. Плечи важно расправлены, острый подбородок вздёрнут, суровые глаза буравят некроманта, перескальзывают на Леру, и насупленные брови его удивлённо вздёргиваются.

– Я-то не сразу заподозрил, а потом думаю – не было давно уже у Никитки девушки! – тараторил за его спиной голос соседа. – К нему вообще только одна приходила, до армии ещё, яркая такая, светленькая и весёлая, а эта ну ни в какие рамки не входит.

Чёрная вся, как уголь активированный, с железкой в подбородке, а парень с ней этот…

– Ничего, разберёмся, – отвечал ему второй, грубоватый голос.

Сумрак шире открыл дверь, как бы показывая, что утаивать здесь нечего.

– Почему же проникновение? – спокойно спросил он. – Товарищ Пётр Иванович нас сам впустил, и причину нашего визита мы объяснили вполне доходчиво.