Конрад. Путь кобры

Рахион медленно отстранился от костра, расправил плечи, глубоко вдохнул свежий и немного влажный лесной воздух – кажется, на сегодняшний вечер намечается дождь – и заговорил уже миролюбивее:

– Если ты не понимаешь, как это работает, я могу подать тебе пример. Расскажу о себе. И в частности о трудностях, через которые мне пришлось пройти. Ты увидишь, что искренность и открытость – это не так уж и плохо и вовсе не тяготит окружающих.

И начал увлечённо посвящать Конрада в подробности своей жизни.

Рахион родился и вырос в самой обычной эльфийской деревне Андрокада, в семье потомственных лекарей. Таких селений в королевстве было не то чтобы много – одно на семь-десять альтаидских. В других странах цифры рознятся не сильно. Альтаиды и эльфы – а должны быть ещё и волаки, о которых стараниями королевской династии Андрокада почти никто не знает – одинаково называют себя людьми и пользуются равными правами, в зависимости от социального статуса. Несмотря на это, эльфы предпочитают держаться вместе и в населённых пунктах с альтаидами почти не живут.

У них также присутствуют благородные кланы, свои мещане, слуги и отбросы общества. Клан Рахиона был не из знатных и больше приравнивался к среднему и далеко не богатому сословию.

– Говорить о шаманстве у нас было как-то не принято, – озадаченно почесал шею эльф. – Я даже раньше и не знал, что у нас в роду были шаманы, пока не стал замечать за собой тягу к религии… А случилось это, когда я ещё несовершеннолетним был.

Начал изучать все её обычаи, мысленно разговаривал с духами, чаще, чем с людьми. Меня даже стали считать каким-то чудиком, – смущённо посмеялся он, запустив ладонь в волосы.

– Неудивительно, – не сдержался Конрад, а шаман продолжал.

Он не противился своей странной одержимости, не отступал под гнётом насмешек и всё разговаривал про себя с духами, пока они не начали ему отвечать. Со временем на связь с ним стали выходить не только духи леса, но и почивших людей.

Это настолько поглотило юного шамана в фанатизм общения с ушедшими, что он забросил учёбу в лекарской гимназии, хотя до её окончания оставалось меньше года, и почти уже не показывался в обществе.

Естественно, без внимания активно социализированных эльфов это не осталось.

– Ну и вот. Если раньше все просто думали, что я немного чудик, то теперь вообще стали от меня отворачиваться. Не любят наши таких, как я, что сами себе на уме.