Они

 – Знаешь, кто я такая?

– Если расскажешь, узнаю.

Меня удивляет ответ Анны, поскольку она умеет читать мысли, но может быть это ее ход?

– Я уже давно учусь в этом университете и постоянно, вновь и вновь, приходится учить новичков, что я здесь главная.

– Главный в этом университете – мистер Доран.

У нее это вызывает зловещий смех.

– Ты не поняла, Анна. Все, что касается учебы находится в стороне, а студенческая жизнь в Сент-Джонс зависит от меня, так яснее? – Она ходит вокруг Анны, но не приближается к ней.

 – Я знаю обо всех новичках и тем более об особенных. Таких, как ты, например. Я специально задела тебя утром. И признаю, я думала, что ты струсишь.

Мне были интересны две вещи: читает ли Анна ее мысли в данный момент? И откуда эта Дакота знает, что Анна особенная?

– Что ты хочешь от меня? – спрашивает Анна.

– Чтобы ты была на нашей стороне.

Только не это.

Анна думает. Я едва удерживаюсь, чтобы не пойти к ней и не дать понять, что я рядом.

Но один шорох, и Анне не поздоровится.

– Почему я должна быть на вашей стороне?

– Потому что… потому что нам нужен человек, который читает мысли людей. О Господи, разве ты не понимаешь, какие дела можешь совершать с помощью своего дара?

– Нет.

И тут Дакота почти вплотную приближается к Анне и негромко говорит.

– Если будешь подчиняться мне, то тебе будет обеспечена популярность, тебя будут остерегаться и… бояться. С нами тебе ничего не угрожает. И… – она улыбается, гладит белоснежный воротничок куртки Анны, а потом говорит, – забудем о нашем уговоре.

– А если я откажусь?

– Ну же… прочти мои мысли, дорогая Анна, – и она вновь смеется.

Я наблюдаю, как лицо Анны искажается странной гримасой, то ли озлобленности, то ли боли, и она молча, начинает пятиться назад.

– Нет! – воинственно кричит Анна. – Не бывать этому! Ни за что и никогда! Я не соглашусь убивать, тебе ясно?

– Ну что ж… – Дакота поднимает руки вверх и я вижу, как меняется цвет неба.

Из темно-синего, оно становится черным. – Тогда придется воевать. Потому что двум силам на одной территории не место. И если выживешь, то извинишься в понедельник публично.

Никто из нас не понимает, что происходит. Я лишь слышу раскаты грома. Смотрю на Дакоту, и теперь до меня доходит, кто устроил внезапный ливень в Сент-Джонс. Вот, что она имела в виду, когда говорила: «Жизнь в Сент-Джонс зависит от меня».

Молнии.