Один из рода

В ближайшее время необходимо решить одно важное дело. Хорошо хоть, вовсе не отменили сделку. Заинтересованы. Ждут! – похвастался Анатолий.

– Ну, значит, могут подождать еще немного. Отдохнуть тебе необходимо! – не впечатлилась Лида.

– Ладно, посмотрим!

С этими словами Горшков поднялся с постели и подошел к широкому зеркальному шкафу.

– Буду вещи собирать. Подвезешь меня? – заторопился Анатолий.

– Куда, за город? – поморщилась сестра, которую слегка напугала перспектива париться в пробке в такую жару.

– Можно и в центр, если у тебя нет времени. Проветрю свою городскую квартиру. Ты права! Как всегда, ты во всем права, Лидка! – бормотал он, натягивая джинсы. – Только сказала, что здоров, и я моментально ощутил себя здоровым. Прости, что сразу не позвонил. Веду себя как старый ипохондрик.

– Ведешь себя как обыкновенный мужчина, который почувствовал недомогание, – засмеялась Лида, – ты бы видел, как болеет мой Лешка. Не тот, что сын, а тот, что муж. Здоровый лоб, а от насморка лежит и помирает.

– Точно, – улыбнулся Анатолий, ныряя в ворот футболки. – Но жены никогда не жаловались на мою ипохондрию.

– Что, все пять? – ухмыльнулась Лида.

– У меня семь было! – поправил ее Анатолий.

– Прости, не успеваю считать, – пожала плечами Лида. – Когда будет восьмая, не забудь меня на свадьбу позвать, чтобы я хотя бы успела с ней познакомиться.

– Ой, Лидочка! Наверное, хватит жен! Устал от этого безумно. Думаю, семейная жизнь – это не мое!

К облегчению Петра Емельяновича, его «большое дело» не сорвалось из-за внезапной болезни Горшкова, но встречу пришлось отложить.

У «эксперта» оказался такой плотный график, что он уже вылетел в другую точку мира, о положении которой не распространялся. Сроки его возращения тоже являлись тайной. Однако посредники уверяли, что все под контролем.

– Ты уж не подведи во второй раз, – сдержанно попросил Ефимов, – дай мне слово, что не покинешь Москву, пока мы не завершим дела!

– Ты что, предлагаешь мне жариться в каменных джунглях? – возмутился Горшков.

– Это ненадолго. В течение месяца все решим, и ты будешь абсолютно свободен. Дальше уж, я возьму на себя хлопоты.

– Ладно, – тяжело вздохнул Анатолий, – но чем же я займусь? Буду по Москве— реке на яхте кататься? Скука здесь! Тусовки ненавижу! Да и все друзья разъехались.

– Анатолий Сергеевич, я тебя не узнаю! Что это ты распричитался? Дело – важнее всего!

– Хорошо! – смирился Горшков. -заведу себе кота.