Бьянколелла. Вино любви

] возле кровати тяжелый керамический кувшин, который забыла там, когда умывалась и готовилась ко сну. Не в силах больше противостоять пьяному похотливому натиску мужчины, поцелуи которого спускались ниже и ниже, девушка с трудом высвободила руку и, ухватившись за ручку кувшина, что есть мочи ударила насильника по голове.

Адольфо, ослабив железные объятия, замер на мгновение, после чего его тело грузно распласталось на ней и застыло. Бьянка с трудом выбралась из-под обездвиженного виконта и в ужасе от происходящего вскочила с кровати.

Прогнав оторопь, сознание взорвала мысль: «Святая Мадонна, неужели я его убила?!»

В эту самую минуту лежащий неподвижно на кровати Адольфо, не открывая глаз, застонал. Его рука пьяными некоординированными движениями пыталась добраться до места ушиба.

Трепеща от нервного потрясения, Бьянка испугалась еще больше. Ей показалось, что муж вот-вот очнется и возобновит свои поползновения. Недолго думая, она схватила дорожную накидку и, набросив ее на плечи прямо поверх сорочки, босиком выбежала из спальни.

В доме было тихо, все еще спали. Не ориентируясь в незнакомом помещении, она едва нашла выход и выбежала на улицу. Уже светало. Бьянка лихорадочно вдохнула посвежевший за ночь воздух. Пробежав по дорожкам парка, девушка обрадовалась тому, что засов на воротах открыт.

Выбежав наружу, она неожиданно наткнулась на стоящую посреди дороги легкую конную повозку с поднятым верхом. В нее была запряжена, как ей показалось, знакомая неаполитанская лошадка пегой масти с горбоносым профилем.

Бьянка на цыпочках подобралась ближе и осторожно заглянула в коляску. К неописуемой радости и не меньшему удивлению, увидела там мирно дремлющего падре Донато.

Девушка буквально вспорхнула в коляску и бросилась на грудь разбуженному и растерявшемуся от непонимания происходящего священнику.

– Падре, какое счастье, что вы здесь! Господь Всемогущий, спасибо, что услышал мои молитвы! – Бьянка, заливаясь слезами, нежно обвивала руками старика за шею.

– Девочка моя, голубка моя, Господь с тобой! Что случилось? Ну же, успокойся, родная, не плачь! – потрясенный слезами воспитанницы, священник пытался унять истеричные рыдания девушки, ласково гладя ее по голове.

– Как? Каким образом вы оказались здесь? – сквозь слезы пыталась расспрашивать Бьянка.

– Я приехал, как мы договаривались, забрать тебя, но в палаццо Сартори мне сказали нечто невероятное.