Бьянколелла. Вино любви

carambole) – столкновение, скандал, шум, серьезное происшествие (перен., устар.).]. Анжелика, приложив максимум усилий и пустив в ход всё свое женское обаяние, уверила мужа, что эти разговоры – досужие домыслы, и что она страшно обижена таким недоверием с его стороны. Хоть она и строила из себя оскорбленную невинность, но на самом деле была страшно напугана случившимся.

Роман с Адольфо – первый адюльтер, она еще не поднаторела в искусстве супружеской неверности. Переполошившись, графиня не придумала ничего лучшего, как поскорее порвать все отношения с любовником.

На эмоциях, в крайнем возбуждении, написала «глупейшее» письмо, о котором теперь «безумно жалеет, хочет поскорее забыть этот неприятный инцидент и всё исправить».

– Я, конечно же, сразу поняла, как вы оказались в комнате сестры в столь поздний час, – продолжила графиня, протискивая уже всю ладошку под сорочку виконта. – Ваша ревность, конечно, польстила моему самолюбию, но всё же я ужасно огорчена и сердита на вас.

– Да неужели? – деланное удивление виконта было сдобрено толикой сарказма.

– Как вас угораздило согласиться на эту глупую женитьбу?! Вы же могли исчезнуть, испариться, придумать кучу отговорок! Когда вы хотите, то можете быть весьма изобретательны.

– Ну, задним умом я тоже считаю, что лучшим выходом из той пикантной ситуации было бы объявить вашему отцу и всем случайным зрителям того перформанса истинную причину моего визита в палаццо Сартори, – свою издевку Адольфо прикрыл напускной серьезностью.

 – В этом случае мог отделаться банальной дуэлью с Моразини, а не лишиться статуса завидного холостяка.

– Ну что вы, виконт! – глаза Анжелики округлились от удивления, смешанного с возмущением. – Уверена, вы никогда не запятнали бы мою честь! Дорогой, я так признательна, что вы и малейшей тени не бросили на мое доброе имя.

Графиня лукаво улыбнулась и состроила соблазнительную кукольную мордашку:

– Ах, Адольфо, мне так льстит, что вы настолько дорожите мной! Подумать только: виконт ди Бароцци предпочел скорее жениться на бессловесной глупышке, нежели дискредитировать реноме любимой женщины.

Как же это мило и романтично!

Адольфо горько усмехнулся тому, как бывшая любовница трактует мотивы его поступков. Бесово днище! Как же он раньше не замечал, насколько эта женщина тщеславна и лицемерна! Когда виконт ди Бароцци лез на балкон палаццо Сартори, честь любовницы была последним, что его заботило в ту минуту.