Бьянколелла. Вино любви

Глава 18

– Сколько же лет твоему брату, малышка? Он, наверное, уже совсем взрослый парень и такой же красавчик, как и ты? – Мария уже целый час в парковой ротонде развлекала разговорами девчушку, чтобы эта егоза сидела на месте, пока Бьянка пишет ее портрет.

– Да нет! Он совсем еще маленький, даже ходить не умеет. Вот такой, – Франческа рассмеялась и показала руками примерный рост младшего брата.

– Так он у тебя ангелочек с крылышками? – Мария округлила глаза и сделала вид, что очень удивилась.

Девчушка заливисто рассмеялась.

– Франческа, дорогая, взгляни-ка на меня еще разок, покажи свои глазки, – попросила девочку Бьянка.

Та недовольно наморщила носик.

– Потерпи еще чуть-чуть, я уже заканчиваю. А тебя за примерное поведение ждет награда! Мария угостит тебя чем-то очень-очень вкусным. Знаешь, она даже от меня держит в секрете, какие сладости для тебя приготовила.

Девочка заинтересованно посмотрела на Марию. Та широко улыбнулась.

– А почему вы выбрали сангину[111 - Санги?на (франц.

sanguine от лат. sanguis – кровь) – материал для рисования, изготовляемый преимущественно в виде палочек из каолина и оксидов железа. Цветовая гамма сангины колеблется от коричневого до близкого к красному.], ваша милость? – прозвучал за спиной у Бьянки мужской голос.

От неожиданности девушка вздрогнула и выронила мелок.

– Ой, простите меня! Не хотел вас напугать, – молодой человек быстро наклонился и поднял его. – Не имел чести быть представленным.

С вашего позволения: Лоренцо Бальдиссера Тьеполо, художник. Вы, наверное, знаете, мы с батюшкой расписываем плафон парадной гостиной.

Бьянка сначала смутилась, но услышав, что перед ней настоящий художник, улыбнулась:

– Нет, извините, ничего об этом не знала. Видите ли, я только недавно здесь и не очень хорошо ориентируюсь в палаццине[112 - Палацци?на (итал. palazzina) – вилла, особняк.]. Было бы любопытно взглянуть на вашу работу.

– Мы уже близки к финалу. Как только батюшка позволит, я с удовольствием вам всё представлю, – молодой человек учтиво улыбнулся.

 – Позвольте полюбопытствовать, где вы обучались живописи, ваша милость?

Бьянка густо покраснела.

– Признаться, нигде. Видите ли, я жила в монастыре, и мне время от времени давали уроки мастера, которые расписывали монастырскую базилику, трапезную и зал капитула. Так что по большей части училась сама, и мне крайне неловко, что вы застали меня за этим занятием.