Долина засыхающих трав

Оно, по сути, никому не нужно, да и встреча не нужна была тоже – не сумели удержать то тепло, которое было дано кармой – просто переспали и разбежались, типа пожили гражданским браком.

Это – не то, что модно, это так – хоть как-то. Обязывать себя не хочется, а ведь весь мир старается перейти на новые отношения с теми, кто и враг, и сожитель, и соратник, и просто член ячейки общества.

Может быть, мир когда-то изменится, но что-то слабо верится. Старомодных и верных осталось совсем не много и их испошлили – всех все мерят в худшую сторону – а после покажет время.

Но, видимо, с такими одами человеческими снова будет всемирный потоп, все стараются же другого пожирать: слабый он или в сравнении слабее. Мужчина становится слабее, но приоритеты прут. «Да уж, что тут скажешь…»

«Ощущение бессилия – самое убогое и убитое чувство на свете. Его только скармливать собакам. Бессилие – это как смерть, только хуже. Когда умрешь, то там вроде бы больше ничего нет, по крайней мере, тут нет, а когда ты здесь и ничего не можешь сделать, как кажется сейчас, то хуже во сто крат.

Просто надо собраться с мыслями, а они разбегаются и бегут куда-то так быстро, что на все разбрасываться тоже сил нет.

Глубоко заседает это отсутствие силы, т.к. что потом ничего не хочется и никого не надо – только бы вернулась сила, а откуда ее взять, если ты сама чувствуешь, что ее нет. Но ведь она была – куда она делась, я значит сама ее кому-то отдала во избежание чего-то – это трусость, не иначе – я готова отдать все свои силы и – «лежачего не бьют».

Но теперь мы все знаем, что бьют, поверьте и больше, чем того, кто стоит и сопротивляется. Просто теперь так все устроены – если лег, значит надо сожрать – это уже почти труп, а зачем зря дышать воздухом и пить воду – на всех не хватит.

Теперь надо собраться и показать, что я – живая, что могу еще что-то в этом мире и делаю для нее очень много – нужно просто поверить в себя и начать заново искать свой стимул, а он несомненно есть у каждого, просто мы за своими желаниями, мнимыми или настоящими, кому как кажется, затуманиваем себя ими.

А те, кто рядом – видят это и начинают идти от обратного, не помочь, блин, а супротив. Знаете, как это тяжело и больно понимать, что кто—то не хочет тебе помочь, ведь боль душевная – это не то, что получить синяк – это просто боль с зияющей раной.