Сказочница

А Василий не понял, почему собеседница его замолчала и погрустнела.

– Ну не хочешь к озеру, в поле пойдем цветы собирать.

И опять никакого ответа не услышал. Отвернулась Маруся, в сторону глядит. Заскочил он, не раздумывая, на крылечко да и застыл, как статуя, рот раскрыл и тоже покраснел. Не ожидал такого увидеть. Платье у Маруси коротковато было, до пола не доставало, а из под него только одна ножка выглядывает. А в уголке у двери костыли стоят. Остолбенел парень, сказать что, не знает. Неудобно, неловко все получилось.

Понравилась ему девушка очень, а с таким изъяном оказалась. Растерялся Василий.

А Маруся уже слезы еле сдерживала. Видит, как знакомого своего нового разочаровала. Ей-то тоже парень приглянулся. Да разве нужна она ему такая. Спрятаться ей захотелось, укрыться от взгляда этого растерянного, обиженного и виноватого одновременно. Дернулась она в порыве, вскочила, костыли схватить хотела, да не удержалась на ножке своей слабенькой, упала, да неловко так, некрасиво.

Лежит на полу, встать не может. Затряслись ее плечи, слезы ручьями хлынули. Барахтается, как рыба на берег выброшенная. А парень совсем онемел, в ступор впал от неожиданности.

И тут смех за калиткой послышался. Голос женский кричит, весельем захлебываясь:

– Глядите-ка, калека-то наша жениха видать завести хотела! Ой, не могу! А парень-то, парень, стоит, как истукан, рот раскрыл! Никогда, знать, такого чуда не видел! Ха-ха-ха!

– Мама, да разве так можно?! – строго прикрикнула девочка рядом с ней.

 – Прекрати немедленно!

– Так смешно же, дочка! – глупо улыбнулась женщина.

– Ничего смешного тут нет! Как же ты не понимаешь?! – с досадой выкрикнула она, рассердилась, ногой даже топнула.

– Да что ты, Ульяна? – недоумевала женщина.

А девочка уже к крылечку Марусиному подбежала, гневно на парня зыркнула.

– Да что же Вы стоите?! Не видите, помочь человеку надо?!

Но тот и сам уже опомнился, наклонился. Вдвоем они Марусю с пола подняли.

– Уходите теперь, – вновь прикрикнула строгая девочка. – Без Вас теперь справимся. Натворили дел, – с досадой махнула она рукой.

– Маруся, – пробормотал парень, а дальше слов подобрать не мог.

– Уходи, Василий, – не поднимая глаз, сказала ему Маруся.

Он плечи опустил, голову повесил и ушел со двора. У калитки обернулся, а дверь в дом уже захлопнулась.

Егорка сидел, всхлипывал да слезы вытирал, но молчал, не перебивал рассказчицу.