Знак бесконечности

Теперь она жила рядом, в доме своей сестры, в Ферр-Пасс и, похоже, уже смирилась с тем, что ее единственный сын стал обычным полицейским…

По мере того, как они удалялись от города, пейзаж за окном становился все более привлекательным. Немного не доехав до большой развилки, Оливия резко свернула на узенькую, грунтовую дорожку. Через некоторое время среди зелени высоких дубов мелькнул небольшой дом, со светло-желтой штукатуркой стен, под красной черепичной крышей. Он стоял немного в стороне от соседних строений и выделялся среди них, как элитный доберман в стае дворняжек.

Мустанг медленно проехал по довольно широкой аллее и остановился у парадного крыльца, красиво оплетенного по бокам вьющимся шиповником с набухшими, еще не распустившимися бутонами.

Роуз-Хилл. Оливия смотрела на коттедж со смешанным чувством отчужденности и боли. Разыгравшаяся здесь трагедия была так свежа в ее памяти и вместе с тем она не чувствовала ничего, кроме неприятного, леденящего сердце холода. Словно не она нашла тела родителей и сестренки, а кто-то совсем другой, имеющий к ней лишь отдаленное отношение.

– Мы на месте. – Зачем-то уточнила девушка, глуша мотор. – Если хотите, я могу повторить все, что было в ту ночь.

– Вы уверенны? – Кейд с опаской посмотрел на нее, ожидая чего угодно, только не этой мертвой холодности. Если бы Олив устроила истерику, ему было бы легче понять, что твориться у нее в душе. – В смысле для вас это не будет слишком трудно?

– Нет. Нисколько. Это просто дом.

Для детектива полиции вы довольно чувствительны. Надеюсь, не грохнитесь в обморок?

– Могу задать вам аналогичный вопрос. И да, если ВЫ вдруг грохнитесь в обморок, надеюсь, у вас в машине найдется аптечка? – невольно съязвил Кэйд.

«И зачем я это сказал?» – недоумевал он, поднимаясь за девушкой по широким ступенькам крыльца.

– В доме не убирались, так что прошу прощения за беспорядок. Я приказала почистить лишь бассейн. Ну, от всей этой крови, знаете…

Не обращая внимания на то, каким взглядом Кэйд на нее посмотрел, Оливия открыла входную дверь и полной грудью вдохнула знакомый, едва уловимый запах розового масла с нотками лимона и сушеной мяты.

Здесь всегда пахло так. Мать любила розы, но держать садовника в такой глуши казалось ей глупым. Поэтому по всему дому были расставлены вазы со смесью сухих лепестков и трав, придающие воздуху такой аромат.

Обстановка радовала глаз низкими диванчиками, креслами и чайными столиками.