Знак бесконечности

Волосы стали еще светлее, и короче, появился какой-то особый лоск, он бы даже сказал манерность. Одета модно и дорого, явно ходит в тренажерный зал и посещает косметолога. И странным образом, портрет Нэнси, хранившийся в его памяти, портрет той девушки, которую он когда-то знал, и даже думал что любит, растворился.

Он увидел просто красивую, ухоженную женщину в элегантном деловом костюме и больше ничего.

– Когда ты мне позвонил и сказал, что тебе нужна моя помощь, я признаюсь честно, даже обрадовалась.

Дел у меня в Нью-Йорке пока нет, поэтому я подумала, что пригожусь тебе здесь. – Проворковала Нэнси, низким, хрипловатым голосом.

– Ты же знаешь, я всегда рад тебя видеть. Когда ты приехала?

– Сегодня утром. И…

Нэнси запнулась и уставилась своими большими глазами на Оливию. Промелькнувшее в них удивление, позабавило Кэйда. Она стояла у стенда с фотографиями, с лупой в руке и занималась тем, что опять разглядывала каждый снимок.

– Кто это? – спросила Нэнси чуть холодноватым, совсем не свойственным ей тоном.

– Она помогает нам в этом деле. – Кэйду почему-то не хотелось упоминать, что Оливия была одной из потерпевших. – Пойдем, я вас представлю.

Оливия видела боковым зрением, как детектив разговаривает с кем-то, но не придала этому значения. Сейчас ее гораздо больше занимали снимки с мест преступления.

– Мисс Блэквуд. – Кэйд тронул ее за плечо. – Хочу представить вам Нэнси Бит.

Она повернула голову и натолкнулась на ледяной, надменный взгляд темно-карих глаз.

Такого просто не могло быть! Оливия отшатнулась, словно перед ней была гремучая змея.

– Нанни? Какого черта, ты здесь делаешь? – спросила она, почти не владея собой.

– Хотела спросить тебя о том же, Олли! – сквозь зубы процедила Нэнси.

Они уставились друг на друга. Оливия вспомнила безобразную сцену в кабинете отца. Нанни выглядела тогда шикарно, в ярко-красном платье, подол которого обрывался чуть пониже спины. Она сидела, широко раздвинув ноги, так чтобы были видны прозрачные трусики, и улыбалась своей гадкой улыбкой.

А как на нее смотрел отец! Этот его взгляд невозможно забыть. Оливию передернуло от отвращения. Мерзкая дрянь, которой заплатили, чтобы она разрушила их семью. Слава богу, мать так и не узнала об этом. И она, Оливия была первой, кто об этом позаботился. Позже, почти перед самой гибелью родителей, она узнала, кем была задумана вся афера. Ее собственный дед, отец ее матери.