На грани мести

Еще у меня несколько пар толстых носков, тоже могу одолжить… Элина! Ты чего не собираешься?!

Я сидела к кровати и смотрела в одну точку:

– Что-то не тянет меня в такой холод таскаться по горам, предчувствие что ли…

– Да ну брось ты! Я много раз это делала! Ты получишь непередаваемые эмоции, новые ощущения! Днем у нас не будет времени мерзнуть, а на ночь спальные мешки очень теплые, – убеждала меня Вероника, а при последних словах покраснела, как рак.

– Ладно, – сдалась я, – давай сюда свое термобелье!

Перед входом в гостиницу нас ждал небольшой внедорожник, в который Максим с Андреем уже затолкали взятое в аренду снаряжение, оценив размеры которого до меня вдруг дошло, что все это придется тащить на себе. Но когда я повернула голову, то забыла, о чем думала секунду назад, я увидела огромную гору, которую уже видела в окно, но при свете дня она казалась еще более величественной, а вершина тонула в пушистых облаках.

А сразу за первым Авачинским вулканом был виден Карякский, который взмывал еще выше, но ночью я его не разглядела. На улице не было и намека на дождь или снег, на небе ни облачка, не считая облаков над конусом вулкана. И снова казалось, что заснеженный склон горы светится от солнечных лучей.

– Отличная погода, для приключений, – сказал Максим и залез на водительское место, Вероника, конечно, села рядом, – ну, когда еще нам посчастливилось бы приехать работать, а вместо этого отправиться в поход!

Меня так удивляло и забавляло то, с каким восторгом Макс говорит об этом, прямо весь светится, словно ребенок перед чем-то захватывающим, не удивительно, что Вероника глаз с него не сводит.

Я так надеюсь, что Максим действительно ничего не знал о документах и впервые услышал об этом от меня на борту самолета. Тут в памяти всплыли слова Дмитрия Эдуардовича, что «все может быть намного хуже о опаснее», что он имел ввиду…

– Элина, ты едешь? – все уже расселись, а Андрей протянул мне руку, чтобы помочь влезть в машину, но я сделала вид, что не заметила этого движения, и сама залезла внутрь. Не могу объяснить, но что-то меня от него отталкивало, не стоило вообще соглашаться на то свидание, конца которого я не помню.