По волнам инклюзии

– Не фульгурит, конечно, но тоже неплохо! А ну-ка, я сейчас из этой железяки кочергу нам выкую!

Дракар Петрович взял прутик, молот ему заменял обух топора, наковальню – полено, и принялся «выковывать» кочергу. Естественно, то была не ковка в прямом смысле слова, ведь железо не нагревалось докрасна. Просто Дракар Петрович ударами обуха топора придавал прутику нужную форму.

На звуки импровизированной кузницы из леса выглянул мужчина. Он подошёл к Дракару Петровичу и попросил сигарет.

Дракар Петрович прервал работу, полез в карман и протянул курево.

Мужчина взял сигарету, и, только Петрович продолжил работу, как последовала новая просьба:

– А огоньку, огоньку не найдется?

Хоть рядом горел костёр, и можно было бы без спросу вытащить головню и прикурить, мужчина осмелился снова отвлечь Дракара Петровича от работы. Тот, преодолевая нарастающее раздражение, благодушно протянул коробок спичек и вернулся к своей «кочерге». Однако мужчине вздумалось вернуть спички непременно в руки хозяину.

Потом лесного пришельца потянуло на разговоры. О своём судне Дракар Петрович повествовал охотно: как ни крути, это его гордость. Но мужчина хотел не просто поговорить, что можно было бы делать, не отходя от наковальни – мужчина требовал безраздельного внимания:

– Скажите, а вот здесь, посмотрите, здесь две цепи между поплавками натянуты, они для чего?

В какой-то момент Петрович не выдержал:

– Слышь, мужик, у тебя ноги есть!?

– Есть.

– Ты ходить ими умеешь?

– Ну, умею!

– Вот и ходи отсюдова!

Петрович звучал убедительно, то ли из-за своего командного голоса, то ли из-за топора в правой руке.

Кочерга получилась на славу. Когда мы снимались с лагеря, Дракар Петрович хотел её оставить с присказкой, «другие придут, сменив уют на риск и непомерный труд». Но Костя забрал кочергу с собой в Челябинск.

Когда стемнело и всё необходимое было сделано, у костра за чаем «с дымком» затеяли долгие разговоры.

Первой скрипкой был Дракар Петрович, знавший кучу баек и анекдотов, и, что немаловажно, умевший красиво и к месту подать историю:

– Вы мне тут про контузию говорили, а я вам вот что расскажу. Служил я в армии, в танковых войсках. Зимой случились у нас учения. Кому учения, а кому веселье, возможность, так сказать, реализовать свой задавленный долгим сидением в казармах творческий потенциал. И вот, кому-то надоело стрелять холостыми зарядами.