Жестокие женские игры

Ему продолжало везти: поднявшись в квартиру, он обнаружил, что мать уже ушла на работу и некому приставать к нему с нудными расспросами. Вытащив из холодильника кастрюлю с супом, он перелил часть его в банку и, поставив кастрюлю обратно в холодильник, помчался к своей незнакомке. Максим ужасно боялся, что девушка не дождётся его и уйдёт, а он не знает ни её адреса, ни имени. Но, вопреки опасениям, она ждала его на том же месте, и даже успела уложить обратно в сумку выпавшие продукты.

– Вот вам суп, мама его только вчера сварила.

Я ел, честное слово он очень вкусный.

Девушка молча смотрела на него, и от её серьёзного взгляда Максиму стало не по себе. Наконец она улыбнулась и сказала: – Спасибо, скорее всего суп вашей мамы вкуснее, чем мой, я ведь совсем не умею готовить. Правда, не ожидала от вас такого. Вы сначала так накричали на меня. Ещё раз спасибо и до свидания. Мне пора идти.

Повесив сумку на плечо, девушка пошла к остановке, а он будто застыл. Молча стоял, и смотрел вслед, любуясь лёгкой походкой и стройными ногами незнакомки.

Очнулся, когда увидел, что она садится в маршрутное такси. Девушка ушла так быстро, что Максим даже не успел познакомиться с ней, и настроение у него опять испортилось. Медленно дойдя до перекрёстка, он хотел уже переходить улицу, но тут услышал знакомый до оскомины голос: – Максик! Ну, куда ты пропал? Садись скорее.

Проклиная всё на свете, он подошёл к белой Викиной «шкоде».

–Вика, – тоскливо обратился он к ней, ну зачем ты приехала? Я бы и на метро прекрасно доехал.

Могла бы поспать ещё.

– Но, Максик, я так соскучилась по тебе. Мы ведь два дня уже не виделись. Ты что, не рад мне? – спросила она.

И хотя у него челюсти сводило от желания высказать, как надоели её опека, и прямо таки патологическое желание быть в курсе всех проблем, Максим решил промолчать. Сегодня, у него не было желания объяснять в тысячный, наверное, раз, что он уже большой мальчик, который в состоянии сам решать свои проблемы.

К тому же, если сейчас он поругается с Викой, то, придя вечером домой, снова обнаружит мать лежащей с мокрым полотенцем на лбу.

Интересно, что было бы на этот раз? Мигрень или сердечная недостаточность? – лениво подумал он. Первое время он покупался на этот временем проверенный трюк, но, увидев определённую взаимосвязь между его ссорами с Викой и мамиными приступами, перестал на них реагировать, теперь они только раздражали его.