Жестокие женские игры

Но если она больна, её должен был смотреть терапевт, при чём же здесь психиатр? – спросила она мужа. Владимир Иванович ничего не ответил, сделав вид, что увлёкся происходящим на экране телевизора. Она же, не стала настаивать, зная всю бесполезность такого занятия. Такое понятие как «врачебная тайна» было для её мужа совсем не пустым звуком.

Проснувшись, Вика посмотрела на часы и с удивлением обнаружила, что уже десять утра. Вставать не хотелось. Свернувшись калачиком под одеялом, она, улыбаясь, следила за игрой солнечных зайчиков на потолке, когда, раздавшийся под окнами резкий сигнал автомобиля, заставил её подскочить от неожиданности и вспомнить о том, что произошло с ней вчера.

Она была так расстроена после встречи с Максимом, он был так холоден с ней, и казалось, совсем не хотел её видеть. Всю дорогу пока они ехали в больницу, он сидел, уткнувшись в свои записи, а когда ушёл, на неё навалилась такая тоска, что хоть вешайся. Выехав на дорогу, она стала искать в бардачке салфетки, под руку попадалось всё, что угодно. Наклонившись посмотреть, куда они завалились, она не заметила, как загорелся красный свет, и на пешеходном переходе показалась та девушка. Раздался глухой стук, и перед ней мелькнуло лицо с широко открытыми от ужаса глазами. Изо всех сил Вика нажала на тормоза. Несколько секунд, которые показались ей вечностью, она не могла даже пошевелиться, потом открыла глаза и увидела, что девушка лежит возле обочины, а её красивые рыжие волосы веером рассыпались вокруг головы. Почему-то в тот момент она думала только о том, как красиво смотрятся рыжие волосы на сером асфальте. Девушка лежала без движения, странно вывернув ногу. Именно эта вывернутая нога убедила Вику, что девушка мертва. Живой человек не мог лежать в такой позе. В тот момент её охватил такой ужас, что контролировать себя дальше она уже не могла. Машинально вдавив до отказа педаль газа, она уехала, и остановилась на какой-то, совсем незнакомой улице. Почувствовав резкую тошноту, выхватила из-под сиденья старый пакет, и её долго рвало туда. Кое-как, придя в себя, она стала звонить отцу. К счастью он ответил и сразу приехал. Сам сел за руль, отвёз её домой, а машину отогнал в гараж. Когда отец возвратился, она сидела на полу в ванной и рыдала так, что слышно было на лестнице. Засунув её голову под струю холодной воды, Иван Александрович держал до тех пор, пока рыдания не стихли, потом напоил валерьянкой и уложил на диван с мокрым полотенцем на лице.