Сочинские рассказы

А что мне оставалось делать? Только надеяться, что Алекс не потащит меня домой до антракта. У него в этом отношении отвратительный характер – его ни в коем случае нельзя ни к чему принуждать. Он из принципа упрётся и будет отрицать очевидные достоинства фильма или концерта, на которые его затащили, книги или еды, которую ему подсунули.

Но в тот вечер открытия ждали нас обоих.

Места у нас были не слишком хорошие, и я боялась, что мы ничего не увидим и не услышим. Но после первой же песни Иосиф Давыдович пошёл по рядам.

Он общался с залом, спрашивая, какие песни хотят зрители. Давал отмашку аккомпаниатору и пел всё, что просили. Юбилейный концерт, которому полагается быть пафосным и тщательно спланированным, превратился в дружеский вечер по заявкам. И всё, разумеется, вживую.

Кобзон чередовал комсомольские песни и романсы, песни о космосе и песни о любви, исполнил даже парочку опереточных партий и песню на стихи Есенина. Я, заворожённая происходящим, забыла о своём спутнике и нашей договорённости, хлопала со всеми, подпевала комсомольские хиты.

А когда внезапно объявили антракт, вдруг услышала восхищённое и вполне искренне: «Ну мужик крут!»

Я аж обернулась проверить, по-прежнему ли Алекс сидит рядом со мной. Да, это всё ещё был он. Притихший такой, кажется, даже смущённый. Хотя смутить его в принципе невозможно.

– Пошли покурим, что ли, – буркнул он.

В фойе царило необычайное оживление – все ждали торт. В начале концерта имениннику выкатили на сцену огромный трёхэтажный торт в качестве подарка.

Иосиф Давыдович дежурно улыбнулся и пошутил, что торт надо разделить между зрителями. Как я подумала, пошутил тоже дежурно. Но народ решил иначе и теперь на полном серьёзе ожидал десерта.

Мы пошли на улицу. Алекс курить, я дышать.

– Знаешь, у меня было о нём совершенно другое представление, – сообщил Алекс на середине сигареты. – Мне казалось, он такой пафосный. Ленин, партия, комсомол… А он работает на сто процентов.

– Угу.

Я точно знала, что лучше молчать и соглашаться.

Упаси господи сейчас выдать что-то в духе: «Я же тебе говорила».

Когда мы вернулись в фойе, там раздавали торт. На одноразовых тарелочках, с одноразовыми вилочками. И наливали шампанское. Иосиф Давыдович угощал гостей, коими считал всех присутствующих.

Потом было много хороших концертов и спектаклей в «Зимнем». Он был и остаётся удивительной площадкой Сочи: роскошные интерьеры, качественный звук, вежливый персонал… и никакого пафоса. Ни капли.