Восточная история

Ах, оставьте этот возмущенный тон, дорогая, ведь мы-то знаем, что за просто так, таким вот «невинным» девицам не дарят целые особняки! Вы проявили огромное усердие, добиваясь этого!

– Нет! Это было желание дяди, не более!…Как же вы можете… это неправда!

– Таких, как ты, раньше бы и на порог приличного дома не пустили!… Вы только подумайте, так обольстить старика, чтобы он отписал ей дом, причитающийся собственным внукам!.. Оставить крошек без дома!

На самом деле, ее родственники были богаты, а она почти нищей, однако отобрать все они считали просто своим долгом.

Анна задрожала от отвратительности обвинения, и была готова сию минуту разрыдаться и отказаться от наследства. Но в эту самую минуту, как и следует герою романа, ОН пришел ей на помощь.

Он вошел в комнату неслышно, и сразу уловив характер разговора и настрой ее родственников, спокойно, с достоинством поклонился всем присутствующим.

Выглядел он тоже как герой романа: высокий и стройный, одетый во все черное, но очень элегантно, с тонкими чертами восточного лица, с красивыми миндалевидными глазами и ухоженной бородкой, делающей его несколько старше и еще более утонченным. На гордом лице отражалось лишь вежливое внимание.

– Прошу вас, сударыня, осторожнее с выражениями и претензиями. Господин Федоров оставил дом и участок в наследство мадемуазель Федоровой, его племяннице, поскольку, считал это необходимым, и заранее закрепил дарственную рядом документов.

Вам, как его близкой родственнице по мужу, следовало бы более уважать волю покойного.

– Ах, вот как?! Вы еще учить меня будете!.. Да кто вы еще такой? Жених, что ли этой?– вне себя от сорванного плана втоптать в грязь претендентку на дом тут же на месте, и тем самым вынудить ее отказаться от наследства, заявила жена наследника.

– Я адвокат покойного, Хайямов Александр Иванович.

Юридическая контора «Хайямов и К», вот моя визитная карточка, сударыня. Господин Федоров меня знает. Желаете ознакомиться с документом дарственной поближе, милости прошу.

-Да как вы смеете…

– Мелания!.. Прошу тебя, не спорь с ним сейчас… – усмирил разгневанную жену супруг, до этого момента несколько стеснявшийся выступать против двоюродной сестры открыто, – мы обжалуем все их бумаги в суде.