Фанаты. Сберегая счастье

Тогда такие наушники надо всем наставникам выдавать, даже хорошо зрячим и быстро соображающим.

– Просто отдайте блокнот мне. А я сяду на первый ряд перед вами. Во-первых, этот сектор камеры практически не снимают. Во-вторых, не идиоты же они, смонтируют потом, как надо. Я буду вам подавать сигнал, когда жать на кнопку. Что вы смеётесь?

– Ничего. Прям разведчики и шпионы. Алекс, Алекс, это Юстас.

Сашка смотрит на него озадаченно.

– Какой ещё Юстас?

– Что?! Александра Николаевна! Ты ещё скажи, что не смотрела «Семнадцать мгновений весны»!

– Не смотрела, – честно признаётся Сашка.

 – Что там для меня интересного?

– Да действительно, я же там не снимался, – он закатывает глаза. – Так, к чёрту футбол. Сейчас будем заниматься твоим образованием. А ну-ка быстро включай «Семнадцать мгновений». Можешь сделать так, чтобы Интернет в телевизоре показывал?

– Всё я могу, – ворчит Сашка и снова тянется за пультом.

Кино про разведчиков ей не очень-то интересно, но если вместе с ним, с его бесценными комментариями, да лёжа на его мягком плече… Можно и про разведчиков.

А про «Ты – звезда» со странными правилами, и про то, что они будут делать с набранной по блату командой, она подумает завтра. Или вообще никогда. Всеволод Алексеевич пусть думает, а она будет подавать патроны. Как обычно.

***

Предыдущий опыт подсказывал, что придётся подскакивать ни свет ни заря и мчаться на Мосфильм, где должны были проходить съёмки. А до того надо чем-то сокровище покормить с утра пораньше, нарядить, да и себя в порядок привести.

Она окажется хоть и не в кадре, но точно в центре внимания. Однако, когда Сашка открывает глаза, комната уже залита солнцем. Всеволод Алексеевич безмятежно дрыхнет, раскинувшись на кровати. Сашка хватается за телефон, сначала за свой, потом, перегнувшись через сокровище, за его.

– Всеволод Алексеевич! Всеволод Алексеевич, вы что, забыли будильник поставить?

Накануне она заснула на диване, у него на плече. Потом кое-как добрались до спальни, и Сашка провалилась в сон, понадеявшись, что он поставит будильник.

Даже не спросила, во сколько подъём планировался. Но явно же не в десять утра!

– Ну и что за кипиш? – недовольно ворчит он, приоткрывая один глаз. – Сколько времени?

– Без пяти десять!

– Можешь спать дальше. Машина приедет в двенадцать, ехать тут полчаса максимум.

– Разве съёмки не с утра? – вид у Сашки весьма озадаченный.

– У нас – нет, – Всеволод Алексеевич зевает и садится в постели.