Эмоции оптом

Послышался глухой треск боевого лазера, и Рик, издав короткий визг, свалился к ногам Зоркого.

Хотелось кричать, но вопль застрял в моём горле, вырываясь наружу лишь сдавленным хрипом:

– Рик… нет… Рик!

Я обхватила голову ладонями, словно пытаясь удержать себя в себе – не дать своему сознанию мелкими фрагментами разлететься во все стороны. Но тело уже не слушалось: ноги превратились в обмяклые тряпки, а плечи будто придавило мешками, туго набитыми песком. Я бессильно осела на землю.

Верный друг, без колебаний бросившийся на мою защиту, лежал бездыханный на бетонном полу.

Я сама послала его на верную смерть: не учла, что костюмы Зорких по всему контуру оснащены системами поражения противника, а расстояние между нами оказалось слишком велико. У Рика не было шансов допрыгнуть раньше, чем Альберт успел бы среагировать.

Я унизительно заскулила, пряча лицо в ладони и утыкаясь ими в могильно-холодное перекрытие паркинга. Сил бежать или сопротивляться не было. Потеряв на своих же глазах всех, кто был мне дорог, я больше не могла бороться.

Пусть меня казнят прямо здесь. Теперь всё равно. Но я ни за что не позволю вернуть себя в Центрополис живьём.

Где-то на краю сознания я слышала, как после недолгой заминки массивные ботинки Альберта проложили путь от Рика ко мне. Цепкая рука в тактической перчатке обхватила моё плечо, заставляя меня сжаться до судороги в мышцах. Перчатки Зорких тоже «заряжены»: одно микродвижение пальцев Альберта, и моё тело насквозь прожжёт боевым лазерным лучом.

Секунда…три…пять.

– С твоим псом всё в порядке, Мира. Он в отключке временно, очухается через полчаса. Это был простой шокер.

Не веря ушам, я заставила себя поднять голову и взглянуть на склонившегося надо мной человека, в чьих руках сейчас была моя жизнь. И на этот раз пришёл черёд не верить уже глазам. Взгляд Альберта выражал…

Участие?

«Не может быть… – мысли вяло ворочались в моей голове. Я с усилием пыталась удержать распадающуюся реальность, фокусируясь на выражении лица Альберта.

 – Здесь что-то не так…».

Глава 1

Бездумно и без капли сожаленья

гигантские вокруг меня воздвигли стены.

И вот теперь терзаюсь в заточенье,

подавленный ужасной переменой

судьбы, которая меня к свершениям звала.

Как мог я наслаждаться тишиною мнимой,

как не заметил стену, что росла!

От мира отгорожен я неслышно и незримо[1 - Константинос Кавафис. «Стены». Пер. с. Ильинской.