На тонком лезвии клинка

Послали же боги избранницу. – Вчера ты тише была.

– Вчера у меня был шок, а сегодня любопытство проснулось, – расплылась в улыбке девушка. – К тому же я тут ничего не знаю, а мне, как я поняла, жить именно здесь. Или вы меня в другое место переправите?

– Нет, никуда тебя переправлять мы не будем, – Ричард остановился у двери, на которой была вырезана ветка дерева и постучал. Открыла ему женщина лет пятидесяти.

– Добрый день, мастер Дик, – поприветствовала она мужчину, – чем могу помочь?

– Это новая обитательница нашего замка, Наташа.

Покажи ей, что тут как.

– Ди-и-ик, – внимательно посмотрела на него женщина.

– Марта, – возмутился он.

– А то я тебя не знаю, – и Марта с притворной строгостью пригрозила рыцарю кулаком. – А ты проходи, милая. Надолго ты к нам.

– Не знаю, – в который раз за день Наталья пожала плечами. Кажется, этот жест становится привычным.

– Ладно, – женщина недовольно покосилась в сторону двери, потом подвела девушку к ряду плетеных сундучков, расставленных по полкам.

 – Вот этот будет твоим, – она показала на один из них ярко желтого цвета с нарисованными ромашками.

Наташа открыла и увидела какую-то штуку, отдаленно напоминающую зубную щетку, только вместо щетины у нее была ткань, и коробочку. К сундучку крепились крючки, видимо, для полотенец. Во всяком случае, рядом с некоторыми висели большие куски ткани.

– Тебе одно полотенце или два?

– Два, – немного подумав, решила девушка.

Марта отошла к большому сундуку, вытащила из него два куска ткани, один большой, другой несколько меньше и вернулась к Наталье.

– Иди, мойся, пока никого нет. Одежду можешь повесить перед входом в купальню. Настой мыльного корня в деревянной кадушке, мочалку возьми из резного ларя. Потом вместе с порошком и чисткой складывать будешь.

Девушке не нужно было повторять дважды. Пусть желудок требовал еды, душа куда настойчивее требовала воды и мыла. Все-таки кормили ее вчера, а мылась она в последний раз неизвестно когда.

Влажные салфетки и дезинфицирующие растворы, которыми протирали ее в больнице, не в счет. Даже если и перенеслась в этот мир чистой, она сама не в курсе. Ведь в последний раз, насколько она помнила, она побывала в душе в номере гостиницы накануне возвращения домой. Что было, когда ее привезли в больницу, она не знала. Возможно, кровь и грязь как-то смывали, сама она была без сознания. Все остальное разум отказывался учитывать.