Не было бы счастья

– По мне, так очень хорошо вышло, – внутренне Вероника полностью была согласна с названным братом, но афишировать не собиралась. – Тимофею тоже понравится. Он давно настаивал на новой стрижке.

– Но это не нравиться тебе, – вздохнул Максим, придвигая свободный стул. – Ты не такая, Ника. Ты совсем другая.

– И какая же я? – приподняла бровь девушка.

– Живая, веселая. Настоящая Ника подбрасывала мне в тапки улиток летом, а зимой совала ледышки за воротник или в рюкзак. Даже за мою сегодняшнюю выходку она бы отомстила, причем достаточно жестоко.

Я слышал, как ты вернулась, и ждал как минимум вылитой на голову зеленки.

– Не вижу смысла, – пожала плечами девушка. – Дядя Сережа и крестная устали от нашей вечной войны. Если не можешь повзрослеть ты, повзрослею я.

– Я уже думал закончить войну, но ты связалась с Орловым. А он начал ломать тебя, – жестко произнес Макс. – Ты даже не можешь выбрать себе платье. Потому что ни одно тебе не понравилось. Хочешь, покажу, что тебе действительно хочется?

– Не надо.

Я примерно определилась, что хочу. Завтра еще проеду по салонам. Не все еще освоили Интернет. Но склоняюсь к мысли, что лучше шить на заказ. Тогда действительно получиться то, что я хочу.

– Ты так уверена, что хочешь этой свадьбы? А если я скажу, что ее не будет?

– Не лезь не свое дело, Макс, – зло прошипела девушка. – Ты и так портишь мне жизнь с тех пор, как я вынуждена была переехать к вам. Неужели нельзя потерпеть несколько месяцев, пока я навсегда не избавлю тебя от своего присутствия? Или тебе так нравиться измываться надо мной? Сирота и все такое, девочка для битья, – Ника всхлипнула.

 – Так потерпи чуть-чуть. Скоро ты снова станешь единственным ребенком в семье. Обещаю, больше вы обо мне не услышите.

– Хорошо, – тихо произнес брат, потом резко встал и вышел из комнаты. Уже у себя со всей силы ударил по висевшей боксерской груше и прошептал: – Я не допущу этой свадьбы, Ника. Не допущу.

Новый удар. Еще один и еще. Ведь совсем недавно это была нескладная девчонка, активно отстаивающая свое право жить в его доме.

И вдруг она превратилась в шикарную девушку. Когда это произошло, он не понял. Просто поймал себя на мысли, что с трудом может находиться рядом с ней и держаться на расстоянии. Возникла потребность защищать от всех. И, прежде всего от мужчин, которые провожают ее взглядом. Натянуть паранджу, как на мусульманку, и выпускать на улицу только так. Сначала он думал, что это простое желание.