Проблемы в Городце. Спасти Московию

Потом загляну к дядьке Захару, что бубенчики мастерит, да пару зеркалец и прочие развлечения достать али смастерить попробую. Будешь ты у меня жить в комфорте.

Птица посмотрела на хозяйку, что-то цокнула, после чего снова принялась за еду. Девушка же только покачала головой. У Яги в питомцах ходили три мышонка и кот, а у нее птица заморская, причем, насколько девушка помнила по рассказам подруги, водились они только в Австралии. Которая еще маленечко так не открыта. Намекнуть, что ли Елизару Елисеевичу, чтобы корабли большие снарядил да отправил экспедиции.

С другой стороны, так ли это надо. Уже сейчас путешественники обследовали Сахалин. А ведь в ее мире подобные экспедиции, если память не подводила, были много позднее. Вот что значит, иной мир и иная история.

– Покайтесь! – донеслось с улицы. – Падите ниц перед ликом нового бога!

Девушка вздохнула. Попугай, заслышав заунывный голос проповедника, заметался по клетке, после чего распластался по ее дну, разметав в стороны крылья, насколько это было возможно.

– Вот и хозяева нашлись, – вздохнула Василиса. – Все хорошо, Кеша, я тебя не отдам. Все хорошо.

Попугай приоткрыл один глаз, покосился на новую хозяйку. Убедившись, что никто не собирается его обижать, открыл второй, потом сел и что-то цокнул, словно жалуясь девушке.

– Вот сейчас пойду и поговорю с этим крикуном, – пообещала Вася птичке, после чего взяла чистый платок, повязала его, как в фильме актриса, игравшая Солоху, носила, вооружилась метлой и вышла на крыльцо.

– Ты кто такой, чего надобно? – окликнула она незнакомца. – Ты хоть знаешь, сколько времени уже? Люди детей укладывают, а он раскричался. Да еще такой дурниной, словно кот в марте.

– Молчи, женщина, – обернулся к ней незнакомец. – Твой удел, быть тенью в доме и молчать, пока мужчина не позволит заговорить.

– Да что б тебя… – Василиса задумалась, выбирая, чтобы пожелать человеку неприятного, но без вреда для организма. А ну как его бог обидится. Наконец она придумала. – Что б тебе неделю икалось без перерыва.

Черенок метлы ударил о крыльцо. Где-то вдалеке пророкотал гром.

– Молчи жен-ик-щина, – вновь попытался завыть проповедник, но на этот раз убедительности не было. Икота не располагала к соответствующим интонациям. – Ведьма-ик.

– Я только учусь, – не стала особо спорить Василиса.

– Сними-ик свое колд-ик-ство, – уже не так пафосно и без завываний потребовал проповедник.

– Извини, не умею, – развела руками будущая Яга.