Тайны правителей Вастенхолда

– И когда вы собираетесь представлять его свету? – нахмурился лорд Гайер. – Понимаю, что вы надеялись сделать это как можно позже, но я опасаюсь, что наши дорогие аристократы попытаются сместить вас и сами рискнут завязать борьбу за престол.

– Да, я хотел сделать это как можно позже, поучить юношу хотя бы еще лет пять, позволить познакомиться с жизнью с разных сторон, благо мое здоровье позволяет. Но не стоит рисковать. Придется окунуть его в котел интриг. С другой стороны, чем раньше он там окажется, тем толще будет его шкура.

– Значит, стоит рассчитывать, что в ближайшие дни рядом с вами появится новое лицо, – спокойно отметил безопасник.

– Да, я не хотел этого делать, но придется взять его уже на подписание мирного договора. Скажем так, это будет репетиция представления его свету.

Лорд только покивал.

– В таком случае, мы продолжим свою работу, но активно вмешиваться не будем, – по глазам этого человека было понятно, он что-то задумал, и постарается использовать сложившуюся ситуацию для достижения максимальной выгоды королевского дома.

– Работайте, – кивнул Митарис. – Мне нужны имена всех недовольных, всех, кто считает, что именно один из них имеет право на трон. Недовольных надо знать заранее, а уж что с ними делать, я успею придумать.

Лорд Гайер только поклонился. Он знал короля уже много лет, и мог только предполагать, как он поступит с теми, кто сейчас пытается плести заговоры.

Оставшись в одиночестве, правитель поднялся и принялся ходить по кабинету.

Это только на словах все выглядело просто. На деле же грядет скандал. И даже если не думать о соседях, которым сразу будет до всего дело, остаются Марлене и Беатрис. Дочь явно не захочет отказываться от того, что столько лет считала своим по праву. А мать всегда на ее стороне, то есть одна будет кричать, а вторая тихонько всхлипывать и смотреть с немым укором.

Нет, было бы проще, если бы жена родила ему ребенка. Уже не важно, сына или дочь, но чтобы это был именно его ребенок. Чтобы слуги не шептались по углам, пытаясь вспомнить, у кого в роду были блондины, в надежде, что король не узнает.

Митарис знал. В его окружении было достаточно верных людей, которые рассказывали обо всех слухах и сплетнях, о том, что волнует слуг и придворных. И не только представители личной службы безопасности. Это и адъютанты, и камергер, и пара слуг, которые помнили еще его деда. Этих людей не пугали вспышки гнева монарха, они понимали, что чаще это игра на публику.