Целитель магических животных. Ожившая легенда

Саламандра Яков? Интересненько…

– А кого же оно касается? – решила проявить показное любопытство я. Признаюсь, кое-какое предположение ко мне уже закралось.

– Ксавьера Дагье. И не говорите, что не имеете представления, о чем речь.

К сожалению, представление я имела. Еще какое представление развернулось здесь недавно вечером…

Можно было, конечно, сыграть дурочку, но от дамы с Яковом хотелось поскорее отделаться. Яков здесь, безусловно, ни при чем, но вот блондинка, явно крашенная, симпатии у меня не вызывала.

– Я так понимаю, вам есть что мне сказать? Если да, то прошу излагать свою мысль кратко и переходить сразу к делу.

У меня инвентаризация стоит, которую к вечеру я хочу закончить и подать отчет в Целительскую палату.

Блондинка недовольно огляделась и со всей грацией уселась на кресло для посетителей, медленно закинув ногу на ногу. Я вздохнула и села на свое обычное место, заодно положив на колени папку с уже переписанными лекарствами, дабы иметь возможность сличать список с тем, что видела со своей позиции на полках.

– Итак, я вас слушаю.

Я в белом халате, с папкой и в кресле, и дама, рассевшаяся на противоположном, упорно подкидывали мне ассоциации с приемами у человеческих целителей по психическим болезням. Для пущего сходства решила еще и очки нацепить, чтобы точно показать: я вся внимание.

– Неужели даже чая не предложите? – недовольно бросила собеседница.

– Нет, чай здесь только для клиентов клиники, вы же, как я понимаю, с частным визитом, – отбрила я зазнайку.

Гримаса на милом личике смотрелась совсем не мило, но посетительница наконец решила, что пора заканчивать тратить мое время (надеюсь), и заговорила:

– Мы с Ксавьером уже почти пять лет вместе, давно думали о свадьбе, строили планы на будущее, которые оказались перечеркнуты одной…

Женщина стиснула челюсти, показывая, что не желает вслух произносить, кем же перечеркнулись все их радужные планы заодно с именами будущих детей.

– И? – подняла бровь я.

Пока что из всего сказанного напрашивался только один вывод: передо мной давняя любовница моего «жениха». Оставалось надеяться, что она у него такая одна.

– Я хочу вернуть свое по праву! – патетично воскликнула дама.

– Да возвращайте, – милостиво разрешила я, махнув рукой. – Не возражаю.

– А как же… – ее взгляд сместился на мои пальцы, точнее, на фамильный перстень Дагье.