Мама для наследника

Чарами Даяна не обладала, так что подвоха с этой стороны никто не ждал. А она возьми да и активируй какое-то реликтовое заклинание, вытягивающее из человека жизнь. И поставила ультиматум: или архипелаг немедленно передается ее родине, или никакого ребенка не будет. То, что ее не будет тоже, женщину почему-то не волновало. И эта шахидка-камикадзе стала ждать расширения территории Эйзенфота. Только повелитель не повелся на провокацию. Сначала просто не поверил, что она действительно смогла заклинание активировать, потом усомнился в том, что эта сумасшедшая дойдет до конца.

И заклинание оказалось необратимое, но это выяснилось позже.

Поняв, что угроза самая реальная, повелитель собрал компанию, которая первой встретила меня в этом мире. Целитель Кьяж вызвал схватки в надежде, что малыш успеет появиться на свет, но, увидев, что слишком поздно, повелитель приказал вмешаться чародеям. Они сделали, что могли. И вот теперь я здесь.

Я лежала, глядя в потолок. Мысль о том, куда я попала, не давала покоя.

Как и мысль, что мне делать завтра на слушаниях.

– Как мне доказать свою невиновность? Я ведь защищала свою жизнь в купальне, – спросила я у чародеев.

– Никак. Ваше слово против их. Вы применяли чары, они нет. А еще они не пытались убить себя и ребенка, так что беспристрастного рассмотрения ждать не стоит, – обнадежил Лем.

– Замечательно, спасибо, – вздохнула я.

– В таком случае на сегодня закончим. Всего наилучшего, – подвел итог чародей, быстренько вскочил, чтобы я точно не успела его задержать, и подошел к двери, окликнув помощника.

– Удачи вам на завтрашних слушаниях, – пожелал мне Дэйс и улыбнулся на прощанье. Надо попробовать заниматься с ним без участия его главного.

Оставшись одна, я задумчиво уставилась в потолок. Картина вырисовывалась неприятная. Жить мне год во вражеском окружении. Даже не жить, а выживать.

Глава 5

Самый гуманный суд в мире

Время прошло быстро; каждые три часа меня вызывали кормить ребенка, после чего выпроваживали под самыми разными предлогами.

Няньки смотрели очень подозрительно и постоянно бдели, чтобы я умышленно или случайно не причинила вреда малышу. Они же не в курсе моей настоящей личности, так что ждали подвоха. Вот и ограничивали мое пребывание с мальчиком как могли.

От такого отношения на душе делалось мерзко. Аппетита не было, ела только из-за необходимости, спала урывками между кормлениями. Все это, безусловно, отразилось на моем и без того не лучшем внешнем виде.