Магия уборки

Сейчас в помещении витал запах краски и лака, пыль улеглась на красивый паркет, съев его цвета и блеск. И на все завитушки, разумеется.

Я осторожно собирала магией грязь, чтобы ненароком ничего не повредить, не расплачусь же потом. Для работы мне нужно видеть поверхность, так что пришлось просить стремянку и разглядывать стены, дабы убедиться в качестве уборки.

К концу второго часа я ненавидела каждый завиток и узорчик на стенах. Ресторан нравился мне все меньше и меньше.

– Фух! – Только через три часа я устало опустилась на пол, моими стараниями идеально чистый и блестящий.

Владелец ресторана, очень габаритный мужчина, что неудивительно при такой-то работе, дотошно проверил, все ли я убрала, не забыла ли чего, и остался полностью удовлетворен.

– Нам завтра мебель привезут, – рассчитываясь со мной, предупредил владелец, – и для зала, и для кухни. По ней бы тоже сначала магией пройтись, сами понимаете, у нас тут должна быть чистота.

– Понимаю, – кивнула я. Мебель – это не так страшно, как лепнина. Надеюсь.

Так что мы договорились, что завтра я еще разок загляну.

А пока меня ждал магазин. Выходила я из ресторана голодная, поэтому забежала к Лу чего-нибудь перекусить, получила полотенцем за то, что снова ем всухомятку, и согласилась пообедать нормально.

– Лу, – мешая ложкой горячий суп, осторожно начала я. – А что ты знаешь про родителей Эйдана Вирана? Некроманта.

– То же, что и все, – тетушка поджала губы.

 – Некроманты из старого рода, который сгинул. Один твой Эйдан и остался.

– А как ты думаешь, они причастны к тому, что случилось с нашими семьями? – Я задумчиво рассматривала в супе композицию из свежей капусты и картошки.

– А кто ж еще-то? – удивилась Лу. – Больше некому. Уж не знаю, нарочно или нет, но что-то они там намагичили.

– А почему тогда обвинения против них не выдвинули?

– Так некому выдвигать, всех похоронили.

– Не сходится что-то.

Если бы родители устроили такое, то и на детях бы это отразилось. Эйдан сказал, что доказать так ничего и не смогли.

– Эйдан… он-то, конечно, скажет, – Лу поморщилась и перекинула полотенце через плечо. – Говорят, он рыдал на похоронах, как мальчишка. Хотя… он и был в те годы юнцом.

– А старшие?

– Что старшие?

– Плакали?

– Не знаю, про них ничего не говорили. Меня-то, ясное дело, на похороны не пригласили.