Эпизоды с исчезновением

А может крокодил, захлопывает свои метафорические челюсти на шее жертвы и утаскивает в реку. Не знаю. Я болтал с ней пол часа, которые уже навсегда испарились из памяти, потому что я был в дребезги пьян. Только ответь мне, «не акула», какое это все имеет отношение к тому, что она пропала? Исчезла с лица земли? Может ее убили? Люди из фирмы, которую ты так ненавидишь? Потому что. когда сотрудник такого ранга… Вообще-то любого ранга, не появляется на работе неделю, его, по меньшей мере, начинают разыскивать.

Но не ее. Может быть, она в каком-нибудь подвале прикованная к батарее.

Нину передернуло.

– Но это все не важно! – Максим безнадежно махнул рукой. – Знаешь, я не Дарью все это время ищу, даже не начинал еще. Я ищу человека. Нормального человека, хотя бы одного, способного понять, что происходит, выслушать меня. И вот… не нахожу. – Он усмехнулся, театрально разведя руками. – В этом городе, кто бы ты ни был, бродяга или знаменитость, можно помереть в собственной квартире и пролежать там две недели, пока соседи не начнут жаловаться на запах.

А потом еще неделю, после того как начнут. Потому что всем на всех плевать. И тебе тоже!

– А кто это говорит?! – Нина пережила за эту речь несколько эмоциональных откровений, но последним, все-таки стало возмущение. Она резко развернула монитор, так, чтобы Максим увидел свою фотографию в одной из желтых газетенок. – Ты кто, вообще, Мать Тереза? Мне секунды не потребовалось, чтобы Гугл сообразил о ком идет речь.

«Известный московский тусовщик», «гроза моделей», «за один вечер Макс Афонасьев посетил четыре светских мероприятия». – Нина ехидно фыркнула. – На благородные поступки от скуки потянуло?

– А что здесь удивительного?! – Макс опешил, хотя и испытал что-то похожее на смущение. Очень старая эмоция. Ни с чем из недавнего ее сравнить не удалось. – Кто-то должен торговать лицом. Как еще, интересно фирма «по побору оптимальной гаммы плинтусов за нормальные такие бабки», может выжить на рынке? Я каждый месяц новые визитки заказываю! И знаешь, что, – он вовремя почувствовал, что все это смахивает на оправдания, – все равно! Совершенно все равно, что ты обо мне думаешь, даже если это правда.

Да, я самопиарщик, прожигатель жизни, светский волокита, если такова цена прибыльного бизнеса. Знаешь, какое отношение все это имеет к пропавшей девушке? Никакого! – Он направился в сторону двери.