Гори во мне

Вместо привычного женского имени на боку красовались какие-то руны.

– Что тут написано? – поинтересовалась я.

– Дитя ворона.

– Какое странное название.

– Ничего странного. Я тоже дитя ворона. Пойдем.

Кит легко запрыгнул на палубу и спустил мне небольшой трап.

Я удивленно посмотрела на него. Что он имел ввиду? Дитя ворона…Он что, из секты какой-то? А вообще какая мне к черту разница. Схватила предложенную мне руку и взошла на борт.

Кит чуть небрежно усадил меня на дощатую кушетку в кокпите, легонько пихнув в спину.

Еще одно из сотни его прикосновений. Колющее тысячей маленьких игл. Он столь часто нарушал мое личное пространство, что казалось, присутствовал в нем все время, обволакивая собой.

Спустился в каюту и через несколько секунд вернулся с вином, бокалами и сыром. И еще бейсболками. Надел мне головной убор на макушку, даже не спрашивая разрешения. Кепка сползла на глаза, в ноздри ударил аромат терпкой туалетной воды и моря. Его.

– А то нос обгорит, – улыбнулся котенок, проявляя неожиданную заботу.

– Спасибо, – я была немного смущена таким простым, но милым жестом.

Поправила кепку и, прищурив глаза от слепящего солнца, а также желая скрыть свой явный интерес, начала пристально следить за ним из-под опущенных ресниц. Как мышцы спины перекатываются под футболкой, когда он проверят, натягивает канаты. Как соленый ласковый ветер ерошит его и без того торчащие во все стороны короткие вьющиеся волосы. Подушечки пальцев предательски кольнуло.

Захотелось тоже прикоснуться. Провести ногтями, едва царапая, по почерневшей от татуировок коже головы над виском, ощущая упругий шелк непослушных прядей ладонью. Так, чтобы у него мурашки пошли и зрачок постепенно расширился, вбирая мое лицо. Чтобы притянул к себе, дав вдохнуть жадно его терпкий солоноватый морской запах, чтобы… Я нахмурилась и убрала руки под коленки, будто не до конца доверяя себе.

Китен проследил за моим жестом, повернувшись. Но понял его совсем не так.

– Я сейчас, Лес.

Только из бухты выйдем. Не сиди с таким видом, будто на казнь привели.

Мне стало смешно. О, если бы ты знал, как далеки мои мысли сейчас от стеснения или казни.

Кит прыгнул ко мне в кокпит, что-то быстро понажимав на приборной панели и начиная выруливать. Чайки вспорхнули и возмущенно закричали в воздухе, когда белоснежное судно тронулось. Ветер, обдувающий лицо, моментально усилился, принося с собой рассеянные соленые капли, щекочущие ноздри.