Полное собрание сочинений

Конь вздрогнул, рванулся вправо и взвился на дыбы, так, что Прохоров еле удержался в седле.

– Стоять!.. Стоять, едри твою в печенку!

Привычным движением Прохоров вскинул карабин и, сидя вполоборота налево, выстрелил в темноту, откуда доносился вой. Совсем рядом послышалось душераздирающее скуление и хруст сучьев, ломаемых волчьей тушей.

– Ага, мать твою поперек! Не нравится? Вот тебе еще одна! – и Прохоров грохнул еще раз в темноту на звук.

Лошадь инстинктивно рванулась вперед галопом, дернув за собой осла.

Привстав на стременах, Прохоров с трудом сдержал ее. И тут из-за дерева послышалось:

– Стой, кто идет!

– Старшина Прохоров!

– Пароль!

– Картечь! Ответ?

– Хомут!

– В чем дело, Прохоров? Зачем палить начал?

– Волки, Игначков! Кажется, одного зацепил. Утром посмотрим и на заставу притащим, если пурга уляжется да свои не раздерут.

Сквозь пургу было видно, как с заставы уже бежали на выстрелы.

– Игначков! Что там случилось, Игначков?

– Все в порядке! Прохоров приехал!

– А палил кто?

– Волки напали, сволочи! Почти у самой заставы.

Вишь, как обнаглели, сучьи дети! Чего стоишь? Отвязывай ишака! Пошли на заставу, окоченел весь, – не сказал, а прохрипел в ответ Прохоров.

***

В дежурке жарко горела печка. Бойцы сушили валенки, портянки, шинели. Отряхнувшись от снега, вошел Прохоров и, сбросив прямо на пол огромные меховые охотничьи рукавицы, стал развязывать башлык. А за окнами в кромешной тьме люто бесновалась, свистела, выла и чем-то хлопала злая пурга.

– Пакеты доставил?

– Так точно, товарищ капитан. Сейчас, дайте хоть чуть рассупониться.

На столе затрещал полевой телефон. Капитан Диденко схватил трубку.

– Я Ураган! Я Ураган! Ураган слушает! Окунь! Окунь! Вас слышно, но очень плохо! Я это! Я, товарищ Кияшко! Да нет, здесь Диденко! Это Вы – Кияшко, а я – Диденко – Вас слушаю! Алло! Алло! Да, да! Карета, запряженная парой, прибыла! Да, сию минуту, пару секунд, как прибыла! Вот и докладываю.

Доставил! Все доставил, говорю! Нет, не успел! Он только протянул их мне. Прочитаю – немедленно доложу! Есть! До связи!

– Вот хрен в обмотках! – возмутился Диденко. – Тут такая пурга, человек еле добрался, волки по дороге напали! Мог головы не сносить! А ему – докладываешь поздно!

Телефон опять затрещал. Прохоров вознамерился было снять трубку, но Диденко его остановил:

– Не трогай, мать его в брычку! Разберемся, потом отвечать будем.