Сезон мести. Дело прокурора – 2

 – Гражданка Загородняя рассказала занимательную историю! Какой-то неизвестный мужчина дал ей кучу денег, она зачем-то уехала в Москву, но тут же вернулась. Полагаю, хотела алиби себе обеспечить. А потом вдруг узнала, что ее квартира продана. Ну согласитесь, звучит неправдоподобно.

– Вы хотите сказать, что она обманывает? – снова заступилась Люба. – Тогда зачем она пришла к вам, если сама все это провернула?

– Ну так я же говорю: Большой театр.

– А ну-ка, давайте-ка сюда свое начальство! – вконец рассердилась Любаша.

 – И побыстрее! А то я вам тут устрою!

– Но-но, гражданочка, вы тут не угрожайте, а то и вас в обезьянник посажу.

– В обезьянник? – сквозь слезы переспросила Анна. – За что?

– Ах, вот так, значит, вы работаете?! – повысила голос Любаша. – Человеку помощь нужна, а вы его в обезьянник?!

– Ну вы же сами сказали, что ей жить негде, – загоготал дежурный и кивнул вошедшему: – Серега, уведи. Сегодня все равно ничего не решим, да и Савельев на выезде. Завтра будем разбираться.

Люба запричитала, побежала следом, пытаясь ухватить полицейского за рукав, потом долго кричала страшные ругательства и угрозы вслед, наконец в бессилии плюхнулась на обшарпанное деревянное сиденье, стоящее в коридоре, и заплакала.

***

На следующий день Дарина первым делом отправилась в детективное агентство, чтобы обменяться новостями. У дверей она на секунду задержалась в поисках названия агентства: ей было интересно, как этот невоспитанный и недалекий детектив назвал свою контору, но ничего кроме лаконичной вывески «Частный детектив» не нашла, что еще больше утвердило ее во мнении, что сыщик недалек умом и совершенно без фантазии.

– В прокуратуре нам не помогут, – грустно сообщила Дарина Кириллу, откровенно игнорируя детектива, который сидел за монитором и делал вид, что ему неинтересно.

– А я вот почему-то так и думал! – все-таки вставил он и обернувшись вполоборота скроил презрительную мину.

Дарина продолжила, не обращая на него никакого внимания:

– Но я считаю, что отчаиваться не стоит.

Я также поговорила со следователем, который вел дело об убийстве Никиты Керкиса. Он считает, что нужно доказывать виновность Назаренко, а не невиновность Адамова.

– Это называется «презумпция невиновности», если вы не знали, Госпожа Адвокат, – ехидно заметил Лиговский.

Дарина фыркнула и, даже не обернувшись, отбрила наглого детектива:

– Доказать невиновность подзащитного – это работа адвоката, если вы не знали, Господин Детектив.