Вперед к спасению души

– Пожалуйста, не говори ему ничего. Вдруг он разозлится, что я тебе нажаловалась? Мне бы не хотелось потерять эту работу. Мне здесь очень нравится.

– Правда? Я очень рад, – Матвей и правда обрадовался. – Ладно, я ничего ему не скажу, раз ты просишь. И никто тебя не уволит из-за такой ерунды, не переживай.

Не торопясь они направились к дому.

Матвей с Ксенией вошли в гостиную, да так и застыли на пороге. На диване в полумраке ночного освещения сидели Стефан и Арина. На столике у дивана стояла тарелочка с нарезанным лимоном, пустая бутылка коньяка и два бокала.

И все бы ничего, но всю эту обстановку дополняла очаровательная и романтичная картина: невеста Матвея сидела на коленях у Стефана, нежно обняв за шею и прильнув к его губам.

Глава 7

Матвей удивленно смотрел на эту романтичную сценку и не знал, как себя вести.

– Арина?!

Отчего-то ему стало стыдно. От того, что его невеста так себя ведет или от того, что его родной брат так поступил с ним? А может, из-за Ксении, которая стояла рядом и огромными глазами смотрела на эту безобразную сцену.

Арина, увидев жениха, спрыгнула с колен ухмыляющегося Стефана и попятилась. Она была явно пьяна.

– Матвеюшка? А ты разве не в городе? А Стефан мне сказал, что ты… Это все он! – закричала она, догадавшись, что ее попросту обманули. – Я не хотела! Он сам, силой!

Стефан захохотал:

– Серьезно? А мне показалось, тебе очень понравилось.

– Ах, ты, негодяй! – Арина посмотрела на него с ненавистью и выбежала из гостиной.

– Картина маслом, да братец? – продолжал потешаться Стефан нисколько не смутившись.

– Да! Это в твоем духе, художник недоделанный! Наверняка захочешь нарисовать эту сцену, чтобы не забыть со временем? Сколько у тебя таких шедевров?

– Написать. Картины пишут.

– Вот и писал бы в своей Польше, какого черта ты сюда приперся?

– Так как же? С мамочкой попрощаться.

Матвей вдруг опомнился и уставился на него:

– Откуда такой цинизм? Ведь это твоя родная мать!

– Брось, Матеуш, мы оба знаем… – Тут Стефан оглянулся на Ксению, которая все еще стояла у порога и с ужасом смотрела на братьев.

– Ну-ка, брысь отсюда, – шикнул он на нее. – Что за привычка у слуг развешивать уши?!

Ксению, как ветром сдуло. Она выскочила в коридор и помчалась к себе в комнату.