Сквозь сияние мерцающих звезд

Воздух был все еще по-утреннему прохладный, хотя лучи дневного светила наверняка уже успели иссушить ту самую росу, что так приятно увлажнила траву.

За полем кукурузы начался небольшой пролесок. Дом Хойдов сразу же за ним, в небольшой тенистой рощице, удобное место, защищенное от непогоды и жары. Помимо типичного двухэтажного деревянного дома, напоминающего наш, ферма состоит, также, из расположенного неподалеку от него амбара и конюшен. На этой ферме все обустроено очень просто, но, в то же самое время, я всегда ощущал и, наверное, смогу ощутить вновь домашний комфорт, тепло и ароматные запахи, а также замечательный вид за окном.

Пока мы приближались к дому, я думал о предстоящей встрече с Ирмой. С ней-то точно придется расстаться, как следует. После того, что было между нами, Ирма заслуживает этого, как никто другой. Правда вот, я не думал, что это дастся мне легко. Надеюсь, она поймет. Должна понять.

Наконец, мы вышли из пролеска, я, занятый своими мыслями, сестра своими собственными.

Впереди показался дом, в котором живут Хедма и ее единственная оставшаяся в живых дочь. Ирме уже восемнадцать, ее мать настаивала долгое время на том, чтобы девушка отправилась в ближайший город, узнала много нового, обучилась, познакомилась с новыми людьми, вместо того, чтобы оставаться на ферме всю жизнь. Но Ирма не могла оставить свою мать, ибо тогда женщине пришлось бы работать совсем одной, лишь с периодической, не постоянной, помощью от прочих фермерских семейств вокруг. Ирма не смогла бы этого допустить. Может статься, именно поэтому девушка и поймет причины, по которым я и Хилда идем в наш поход.

Мы увидели Хедму, женщина стояла у входа в дом в своей простенькой соломенной шляпе, приложив ладонь ко лбу и вглядываясь куда-то в сторону севера. Далеко не сразу, но женщина-фермерша заметила нас, приближающихся к ее дому. Заметила и наше походное снаряжение, которое подтолкнуло, разумеется, к определенным мыслям, до тех самых пор, пока мы не подошли и не поприветствовали фермершу.

Она поприветствовала нас в ответ, а вопрос ждать себя не заставил:

– Куда вы собрались?

– Вы знаете, наша мать мертва, – сказала Хилда.

– Очень печально, – кивнула Хедма Хойд. – Я до сих пор чувствую глубокую грусть. Но, все же, ответьте на вопрос.

– Мы можем войти в дом? – попросила сестра.

– Конечно. Входите.