Похититель тел

Гарик успел проучиться в вожделенном училище несколько месяцев, всё же сбежав от математики, вдруг достижение цели стоит смерти от пневмонии в шестнадцать лет? Кто может судить о таких материях? А кто знает, что за жизнь ждала Гарика, не пойди он ночью на кладбище? Биографии большинства людей сплошь унылые трагедии. Но у Гарика были родители, дед, два брата, умершие в тот же год что и Гарик по случайным пустяковым причинам вроде острого аппендицита, столкновения с грузовиком на автобусной остановке и прочее, прочее.

Впрочем, Евгений Анатольевич с самого начала знал, что связываться с силами ни в коем случае не следует. Силы не торопили, они присутствовали в его жизни в виде провалов в реальности, излишне густых теней под абажуром. И в виде затянувшейся агонии.

В бессильной злости грызя язык, Евгений Анатольевич неожиданно для себя почувствовал интерес сил к твари за окном, интерес скорей доброжелательный. Более того, силы давали понять, что у Евгения Анатольевича появился шанс.

Катерина

Город лежал у вышитых тапок Катерины словно наряженная ёлка, опрокинутая в море вершиной. Подсвеченный сползавшим за горизонт солнцем порт годился на шпиль – лампочки там самые крупные и разноцветные, улицы разбегаются гирляндами, чем дальше от «шпиля» – тем мельче лампочки: фонари в горах до сих пор не привились. Опасливо крадётся по склону машина-светлячок. Встал. И задним ходом. Куда, спрашивается, забрался на ночь глядя? Снова вниз и снова встал. Ночуй в горах, приятель.

Выше Катерины живут разве что монахи. Виды у них шикарней, но жить так высоко в горах неудобно. В горах – волки. Прошлой осенью все шестеро монахов маршировали по ночам вокруг обители, колотя в таз с прожектором, и всё равно трёх коз недосчитались, а до Катерининых коз волки не добираются, боятся. Всё же волки – не главная проблема, главная – как выбираться с гор в город и, особенно, назад домой (пока не достиг просветления или не прикупил вертолёт для полётов в булочную).

Нет к Катерине дороги, к монахам паломники за сотни лет протоптали, но довольно хреновую. Зато у монахов есть джип, а у Катерины – только дедова «копейка». На «копейке» до леса, потом запарковать «копейку» в заброшенный гараж Тагалдыевых, а дальше пешком-пешком. Особенно противно карабкаться по горам в дождь, камни скользкие, и в дредах полно колючек, если забыть подвязать их шалью.

Кстати о Коромыслове, не забыть ему завтра молока отнести.