Верхом на Сером

Сашку поражало только, как другие, словно не замечая подмены, продолжают приносить соболезнования и цветы, суетливо промокая глаза скомканным платком.

Без двадцати пять Сашка была уже в конюшне, полностью экипированная для прохождения маршрута. Руки мелко дрожали от волнения, но она старалась не подавать вида, чтобы Фридрих не пронюхал ее нервозность и страх. Иначе – пиши пропало: прикинется гимнастическим снарядом – и с места не сдвинешь. Характер у жеребца – тот еще подарочек.

– Самая обычная разминка: пару кружков навернем – и обратно, – бодрым голосом заверила она коня и слегка потянула за уздцы, выводя из денника.

Фридрих радовался прогулке в неурочное время и нетерпеливо переминался. До пяти еще оставалось немного времени, чтобы пару раз пройти гит, примериться к препятствиям. Традиционно маршрут включал несколько барьеров разной ширины и высоты, чтобы заставить лошадь постоянно менять темп и направление движения, ускоряя или замедляя галоп на разных отрезках дистанции. На первый взгляд, ничего сверхъестественного: «тройник» – барьер из трех брусьев, установленных на разной высоте; оксеры – с брусьями в два ряда, с подъемом со стороны отрыва, со стороны приземления и самый сложный – на равной высоте, который нужно перемахнуть легко, одним махом, и остается только канава с водой… Да, самая настоящая канава с всамделишной водой шириной в три с половиной метра, да еще и с кустарниковой изгородью с «прыжковой» стороны.

Но и это ерунда в сравнении с джокером. Как и в карточной игре, джокер всегда страшен своей непредсказуемостью и может выглядеть как угодно: например, верхний брус может быть искривлен на манер поваленного ствола дерева. Сашка знала, что на некоторых соревнованиях взятие барьера-джокера удваивает очки, набранные при преодолении предыдущего препятствия.

– Секрет красивого прыжка – правильный темп, – без устали повторяла Римма Михайловна во время тренировок.

По большому счету, лошадь не нужно учить прыгать – это все равно, что учить рыбу плавать.

Это у нее в крови. Но и роль наездника значима: к барьеру лошадь должна направляться в постоянном ритме, и за эти краткие мгновения до прыжка у нее в голове ни в коем случае не должна промелькнуть шальная мысль смухлевать, свернуть в сторону.

Чем шире барьер, тем быстрее должен быть галоп. А в момент, когда лошадь почти достигла точки отрыва от земли, всадник должен податься чуть вперед, чтобы дать ей свободу для прыжка, не сковывать движений.