Золотые земли. Его забрал лес

– Что это значит?

Она растерялась и, кажется, не так поняла вопрос. Я говорил о знаках, об их смысле, но она прошептала синими губами:

– Вам же говорили, в Великолесье волки нападают на людей… Это уже третья за этот год.

– Волки?

Только последний дурак поверил бы, что такое мог сделать волк.

– В прошлый раз было так же?

– Что?

– В прошлый раз тела находили расчленёнными и с вырезанными знаками?

– Откуда я знаю?! Я их никогда не видела. Папа осматривал девушек…

И все трое были девушками.

Если доктор осматривал тела, то должен был вести записи. Я спросил об этом за ужином, но Остерман утверждает, что в записях не было никакой необходимости. По его словам, это просто деревенские девушки, которых задрали волки. И ничего больше.

Ничего больше. Волки в Великолесье так умны, что научились рисовать? Я не сдержал язвительности и спросил об этом доктора, на что получил весьма раздражённый совет не лезть в дела, в которых не разбираюсь.

– Умные люди давно без вас всё поняли.

Это волки, – повторил доктор.

Я пытался возражать, но Настасья Васильевна попросила меня не портить всем настроение за ужином. После ужина портить настроение мне тоже запретили. Доктор вовсе ушёл и не остался, как обычно, в гобеленной гостиной, а Настасья Васильевна и Клара занялись рукоделием и отказались обсуждать случившееся.

Это всё случилось только что за ужином. А тогда, в лесу, Клара едва уговорила меня уйти от домовины. Я не хотел оставлять погибшую одну.

Боялся ли я упустить какие-то важные детали, которые бы объяснили происходящее? Или мне жаль несчастную девушку, погибшую столь страшной смертью? Сам не знаю, что мной двигало.

Мы вернулись в усадьбу уже после наступления темноты. Тело осталось там, в лесу, за ним тут же послали. Не видел, чтобы кто-либо вернулся в усадьбу. Что сделали с телом? Или его повезли сразу в оранжерею?

Я рвался посмотреть тело, и доктор велел слугам меня удержать силой.

– Вести себя достойно! – неожиданно резко воскликнул он.

 – Подумать, девку, кметку волки кусать. Тьфу!

– Какие волки?! – возмутился я. – Её же… по кусочкам… расчленили. – Я прошептал последние слова, опасаясь, что они достигнут ушей Клары, которая и без того пребывала в истерике. – У вас в Курганово убийца!

Самое омерзительное, что он попытался свалить всё на моё воображение. Мол, я же писатель:

– Настасья Васильевна правильно сказать: вам сказки сочинять, а не собирать.