Посмотри, наш сад погибает

– Это… тебя… ночью… вас там? – сбивчиво пробормотал он.

– Да, – Велга хотела сказать как можно твёрже, но голос её дрогнул, а лицо сморщилось.

Дворник тут же распахнул створку ворот, и она вошла во двор, Рыжая скользнула за ней.

– Куда?! – хотел было замахнуться на неё холоп, но Велга вскинула руку.

– Не смей. Она моя.

Всё ещё сомневаясь, дворник осмотрел девушку с головы до ног. Она его не помнила, но Велге редко приходилось обращать внимание на холопов, тем более чужих. А вот дворник, если давно служил Белозерским, не мог не узнать племянницу госпожи.

И постепенно на его лице и вправду проступило узнавание.

– В… Велга… – ахнул он и вдруг осенил себя священным знамением. – Буривой, – добавил он шёпотом, точно страшную тайну.

Она кивнула, чувствуя, как начали дрожать от волнения губы.

– Ты, господица, посиди, – дворник кинулся в сторожку, вернулся с кособоким стольцом, постелил на него сверху свой тулуп. – Вот. Переведи дух. Я мигом госпоже передам.

И, прихрамывая, поспешил через весь двор к крыльцу.

Рыжая побежала за ним, виляя хвостом, но вскоре вернулась, легла у ног Велги. Та сложила на коленях руки, разглядывая поломанные ногти и расцарапанную кожу. Мысли в голове кружили водоворотом, утягивали всё глубже, и Велга изо всех силах старалась думать только о своих ногтях.

Но невозможно было притвориться, что ничего не случилось. Она оглянулась в сторону, туда, где за рекой стоял её дом. Тонкий, похожий на серый туман дымок поднимался с соседнего берега. Вряд ли ветер мог принести запах гари так далеко, но Велга чувствовала его и здесь.

А что это в воздухе? Пепел или тополиный пух? У реки росло много тополей, в саду Буривоев – яблонь, а у Белозерских ни травинки, ни цветочка.

Зато двор был полон скотины, слуг да мастеровых. Стучали молотки, скрипели прядильные колёса. Пусть младший Белозерский был порченым, а всё же не глупым. Стоило ему приехать в Старгород, и он отстроил большое хозяйство, привёз с собой мастеровых и мастериц, многие из которых обучались у лойтурцев.

И уже через несколько лет его корабли повезли товары и на юг, и на север. Многим это, конечно, не нравилось, но простой народ князя полюбил: настоящий хозяин. Хваткий, деловой, живой и совсем ещё молодой. А с лица воду не пить.

Говорили, правда, что по ночам он выл, а то и вовсе обращался в волка и бегал по округе, крал маленьких ребят. Велга последнему не очень верила, но в глаза князю смотреть опасалась: один глаз у него был чёрный, второй голубой.