Золотые земли. Птицы Великого леса

 – Не знаю, сколько я просидела в погребе, вся окоченела, ни чары, ни одежда мне не помогли, а Маланья приходила редко и еду приносила преотвратную, всё только повторяла мне, что я за свою службу получу щедрую награду от княгини. Лучины прогорали быстро, и я подолгу сидела в темноте, а по углам мыши шуршали, и холод стоял собачий. Мне было скучно и страшно, и я решила поворожить, чтобы отвлечься.

Третьяна подошла ближе и заговорила шёпотом, боясь, что их подслушают.

– И услышала голос княгини. Она сказала, что устроит так, чтобы тебя казнили, госпожа лесная ведьма.

Дара встретилась с карими глазами Третьяны, тёмными и блестящими, точно от слёз.

– Княгиня заставила всех поверить, будто я мертва, и тогда мне стало ясно, что живой меня уже не выпустят. Мне лгали о награде и обо всём остальном, поэтому я решила бежать. Когда Маланья в следующий раз принесла еду, я чарами погрузила её в сон, забрала ключи и бежала, а после несколько дней скрывалась в предместьях. И да, за тобой тоже проследила.

А когда услышала вести о том, что тебя собираются казнить, то решилась прийти и рассказать всю правду, подумала, что Великий князь и лесная ведьма защитят меня в благодарность за спасение. Не могу же я всю жизнь скрываться от людей и от родной семьи. Ты же поможешь мне? – Третьяна всё пыталась заглянуть Даре в глаза, а та поджимала губы и отворачивалась. – Госпожа лесная ведьма, ты же расскажешь всё князю Ярополку? Попросишь его защитить меня? Я служить тебе буду честно. Я мало чего умею: ворожить да с травами шептаться, но буду стараться, учиться у тебя, если пожелаешь…

Если она пожелает…

Если бы могла лесная ведьма желать и требовать, так не сидела бы взаперти, зависимая от благосклонности Ярополка и лисецкого князя с его женой. Если бы обладала лесная ведьма теми знаниями, что ей приписывали, так быстро бы управилась и с людьми, и с духами, и с богами.

Третьяна расплылась в глупой раздражающей улыбке, и Даре отвратителен стал её жалкий вид, но не сразу она поняла, что так смутило в поведении девушки.

– Ты не знаешь, да? – спросила она. – О своей семье?

Служанка вскинула брови.

– А что с ней?

Дара сделала шаг назад, вновь окинула Третьяну внимательным взглядом.

– Всех твоих родных убили.

Третьяна распахнула широко глаза.

– Что?

– Сначала решили, что это я сделала, – Даре стало неловко сообщать о случившемся, точно и вправду она была виновата.