Весь этот мир не ты

Но смущенным он себя явно не чувствует, – А откуда бы тебе это знать?

–Отец мог сказать, что мы учимся вместе, – пожимаю плечами я.

– Твой отец- не самый разговорчивый человек. И, думаю, он просто не считал это важным. Я для него – всего лишь сын его сотрудника, которому не сложно помочь. Для него это ничего не стоит. Тем более он рассчитывает, что получит с этого дивиденды. Я недаром у него практику каждый год прохожу. Он ждет, что я пойду к нему работать.

– Так ты ценный кадр, – весело тяну я и тут же жутко смущаюсь, так как мой голос прозвучал чересчур игриво.

Аверин видимо тоже это замечает и одаряет меня ехидной улыбкой.

–Представь себе…Не все считают меня придурком, как ты, Польская.

–Они могут ошибаться, – хмурюсь я в ответ. Еще не хватало, чтобы он решил, что я с ним кокетничаю. И чтобы так решила я сама.

На некоторое время в салоне повисает тягостное молчание. Впрочем, тягостное, похоже, оно только для меня. Никита не выглядит ни смущенным, ни напряженным.

Даже начинает тихо подпевать льющимся из динамиков песням, едва шевеля губами. А я не могу ехать вот так, молча. Так я слишком сильно ощущаю, как бешено колотится сердце в груди, и как крупно дрожат ладони на коленях. Я вцепляюсь руками в сумку, чтобы дрожь была не так заметна, и вновь начинаю разговор.

–Значит, ты не против, если я скажу, кто ты? Ты столько скрывал, – осторожно начинаю я.

–Я не скрывал, – спокойно возражает Никита, – Малинский, к примеру, знает.

–Но…

Вот тут я опять удивляюсь. Этого быть не может. Девчонки как-то даже на деньги спорили, откуда Никита взялся. В универе, где твоя родословная- такой же документ, как зачетка, человек с неизвестными корнями словно бельмо на глазу.

– Вот не надо, – возмущенно тяну в ответ, – Я сама пару раз слышала, как ты уходил от подобных вопросов.

–Ладно, от парней не скрывал. Им плевать, а девчонок так кадрить легче, – весело смеётся Аверин, – Вы любите загадочность.

Пацанов это забавляло. То, как легко можно залезть под юбку, просто наплетя что-то про отца, сидящего в тюрьме на Мальдивах. Они и не сдавали меня. Так понятней?

Мне становится обидно за весь женский род разом. Вот же жук. Еще и хвастается этим.

–Ну теперь и девчонки узнают, – мстительно шиплю в ответ, – Так что конец твоей подъюбочной карьере, Аверин. С сыном шофера переспать желающих будет в разы меньше.