Эксперт для ангела

Каждому встречному демонстрирует немедленное желание жениться на ней. А со мной обращается соответственно статусу – как с обслуживающим персоналом.

– Ты ревнуешь, Паолита, – насмешливо протянул Валенсио, опуская бутылку.

От его плавного движения крупный серебряный браслет скатился по загорелой, чуть смуглой руке и глухо звякнул о темное стекло.

– Я не понимаю.

Неожиданное признание вдруг принесло облегчение. Плечи опустились, а с губ сорвался невольный, удовлетворённый вздох.

– Чего?

– Откуда такой ажиотаж вокруг моей скромной персоны?

Валенсио хмыкнул, опуская взгляд себе под ноги.

Казалось, что именно сейчас он живой и настоящий. Не грозный участник мафиозной семьи, а просто человек, со своими переживаниями и слабостями.

– Ты действительно многого не знаешь, Паолита. Анжело у нас первенец, любимец отца, каменная скала, закрывающая гавань семьи Валлара от бурь и штормов, – горькая усмешка, с едва скрываемым разочарованием искривила чувственные губы неаполитанца.

 – Между долгом и эмоциями у него выбора не бывает, он всегда прав и единственное верное мнение – его собственное.

– Смотрю, с политикой партии ты не согласен?

Валенсио вскинул жёсткий, надменный взгляд, с вызовом всматриваясь в меня.

– Он застыл в суждениях. Не хочет и слышать о чем-то новом. Его стремление всеми и вся управлять при помощи грубой силы не сулит семье ничего хорошего.

– Тем не менее, уже три года Анжело руководит делами.

Пока что, как погляжу, корабль Валлара ко дну не отправился?

– О да! Главный аргумент всех приспешников отца. А ещё эта неподкупная принципиальность… Папочкина кровь.

– Ты считаешь, что нужно быть хитрее?

Валенсио посмотрел на меня так, словно видел впервые.

– Точно. Будь он лояльнее, податливей, менее… Щепетильным, мы уже давно бы заняли место главенствующего клана в Неаполе, – синьор неприязненно тряхнул головой. – Но Анжело не такой. Белый рыцарь без страха и упрека.

Последовала ёмкая, произнесенная с выражением фраза на итальянском. Дословного перевода я не знала, но суть была ясна и так, по выражению строгого лица собеседника.

– А тут ещё эта… Джулия.

– С ней тоже что-то не так? – скрыть оживлённое возбуждение стало сложно, но похоже мне удалось сохранить налет вежливой заинтересованности.

– Дочь одного сицилийского дона. Очень влиятельного.

– Ах вот оно что.