Беременна на полставки

Илья улыбнулся, жестом приглашая меня войти:

– Забыли что именно?

– Мне нужны договора, которые я давала Татьяне Валерьевне. Она их не вернула… А аудиторская проверка…

– Всё, я вас понял, Ника.

Илья встал из-за стола, сердце моё замерло. Хорош, зараза! Высок, статен… Как всегда говорила моя мама, мужчину надо выбирать именно такого. Чтобы дети были красивые…

Босс открыл сейф и вынул оттуда кипу бумаг:

– Садитесь, не стойте. Сейчас посмотрим, что Татьяна Валерьевна оставила нам. Как раз и поможете мне разобраться, что куда.

Он подал мне первую бумагу, и наши пальцы нечаянно соприкоснулись. Будто искра пробежала между них, обожгла кожу, и я отдёрнула руку:

– Ай!

– Да вы электричеством бьёте, Ника! – усмехнулся Илья, потирая палец. – Статика? Надо носить натуральные волокна.

– Да уж, натуральные волокна нашего модного дома кусаются почище электричества, – пробормотала я, перебирая бумаги.

– Кстати, у кого мы закупаем ткани?

– Илья Владимирович, с этим вопросом вам лучше обратиться в отдел маркетинга, – удивилась я, глянув ему в глаза.

Он улыбался, потом ответил медленно:

– Раз уж вы у меня в кабинете, грех упускать такую возможность.

Сердце забилось быстро-быстро, словно робко спрашивало – действительно ли боссу интереснее обсудить вопрос поставщиков со мной, чем с девочками-маркетологами, но я вовремя вспомнила Лизу, поправлявшую лифчик на выходе из его кабинета, и выдохнула, пытаясь успокоиться. Хорош, да, но бабник. «Ой-ой, а так непохоже!» А вот и похоже.

Красивые мужчины никогда не бывают верными. А неверные – они на один раз, для удовлетворения физической потребности, но никак не для любви. И не достойны они того, чтобы сердце взволнованно билось.

Отринув плотские мысли о боссе, я на раз-два разобрала бумаги, хранившиеся в его сейфе. Сложила в стопочку свои договора, в другую – документы для маркетологов и логистики, а потом заглянула в список:

– Ну вот, не хватает договора номер сто тридцать два эм дробь двадцать четыре и сто восемьдесят один эс дробь двадцать пять.

– У меня больше ничего нет, клянусь! – Илья поднял руки в шутку, словно защищаясь.

– Да я вам верю, – поспешила ответить я. Впрочем, разве ему не всё равно? – Большое спасибо, что согласились помочь.

– Это вы мне помогли, Ника, – с улыбкой ответил босс. – Нам надо как-нибудь посидеть подумать над ценообразованием.

– А что с ним не так?

– Вы сами сказали, что наша одежда кусается. Полагаю, именно ценами.