Цена первой ночи

При словах: «А сейчас я наложу на лицо питающую и омолаживающую маску!» я даже немного испугалась. Теряю время, блин, блин, блин! Маска не принесёт мне нужную сумму денег, может, надо было лучше позвонить Денису, с которым я когда-то встречалась? Хоть половину он точно мне занял бы… А вместо этого сижу и кукую, позирую тут перед камерой с маской на морде. Хотя, конечно, ощущения приятные. Года два назад, ещё в школе, я пыталась заниматься своей внешностью, как и все девчонки в школе. Собирала травки, делала из них отвары и примочки, маски тоже, но Заина была нежнее, прохладнее и гораздо вкуснее пахла.

Я прямо-таки чувствовала, как моё лицо становится всё красивее с каждой секундой!

– Всё, можешь расслабиться, Егорова, – выдохнула Зая, и я услышала, как она жадно пьёт воду из бутылки. – У нас есть десять минут, если что, я тебя разбужу.

И она хихикнула. Я спать не собираюсь, вот ещё! Денису позвонить никогда не поздно. Полежу немножко, красивая морда лица – это вам не хухры-мухры, это и настроение поднимает, и заметно повышает мои шансы найти этого, как его там… спонсора.

– Егорова! Просыпайся!

Вскинувшись, я уронила с глаз кружочки огурцов и заслужила смех Заи:

– Эй, спокойно! Ты чего такая дёрганая?

– Извини, – пробормотала, подбирая огурчики и складывая их на столик. – Я что, уснула?

– Как младенец! Ладно, давай продолжим.

Накрасит? Ноги депилирует? Мои мучения продолжались почти три часа. Заю отличал весьма основательный подход к делу, поэтому я оказалась депилирована почти повсюду.

Правда, в тот момент, когда она занималась линией бикини, камеру моя инквизиторша всё же отвернула. Зато болтала без передышки. Объясняла почему на ногах предпочтительнее шугаринг, а ваксинг – на промежности. Этот последний заставил меня подумать о чёрной ваксе, которой мажут сапоги, и я обмерла от страха. Оказалось – обычный косметический воск. Горячий, зараза! Я держалась изо всех сил, чтобы не орать от боли, и только тихонечко материлась, на что Зая только посмеивалась, безо всякого стеснения комментируя происходящее вне экрана.

Но всё проходит когда-то, прошли и садистские игры с моей кожей. Когда Зая отстала от меня со своим шпателем и воском, я жалобно осмотрела покрасневший лобок:

– Блин, теперь так и останется?

– Темнота ты, Егорова! – хихикнула моя мучительница. – Сейчас кремом помажешь, и завтра всё пройдёт! Слушай, давай уже закругляться. Что там у нас ещё осталось? Маникюр и макияж.