Чумовая попаданка в невесту

Девчонка услужливо подсунула ему резную шкатулку с высокой крышкой, даже распахнула её. Дядька вытащил, почти не глядя, и бросил мне кулон из темного, очень гладкого камушка в виде капли с дырочкой в уголке, подвешенный на простую бечёвку:

– Вот! Кровавик. Надень! И вот ещё, волчий глаз, тоже надень, а то один камень с тобой не справится.

Волчий глаз был просто очаровательным. Жёлто-коричневый, с кругами более тёмных и светлых тонов, он притягивал взгляд и заставлял всматриваться в глубину полированного бока.

Я вертела камушки в руке, не решаясь на более близкий контакт, но Яромир снова прорычал:

– Надевай! И не смей ни на шаг отходить от обоза без охраны! Без этой вот дурёхи и троих дружинников! А посмеешь ослушаться – лично разложу на снегу и выпорю конской плёткой!

Я быстро просунула голову в бечёвки, устроив камни под рубахой, в ложбинке между грудей, и ощутила их неожиданное тепло. Странно, я всегда думала, что полудрагоценные камни должны быть холодными… А эти прямо грели не хуже пухового шарфика! Яромир выдохнул:

– Ну, слава Господу всемогущему, теперь хоть какая защита есть.

А ты, Евдокия, сиди здесь до вечери. Приставлю Алексия, чтоб приглядел за вами.

И дядька вылез из шатра, не попрощавшись.

В наступившей относительной тишине я услышала два облегченных выдоха. И Прошка, и Фенечка чуть ли не растеклись по меховой облоге саней, настолько были напряжены. Я же откинулась на подушку и поджала губы. Разорался тут, понимаешь… Ну, случайно встретила странных хищных птичек.

Или кошек. Или всё-таки птичек? Ладно, неважно… Как знать, не водится ли в здешних местах ещё какая-нибудь подобная живность…

Когда Прошка вышла к костру за чаем, а Фенечка задремала, став похожей на сторожевую собаку, у которой даже во сне уши ловят каждый звук, я устроилась поудобнее и хотела тоже покемарить, но вдруг вспомнила о круглой штучке, которую подобрала в лесу. Пошарила под мехом и нашла.

На первый взгляд штучка напоминала большой жёлтый камень с разводами по всей поверхности.

Она была тяжёлой и легко помещалась в ладонь. Взвесив на руке, я подумала, что теперь у меня будет чем запустить в Яромира, если снова начнёт орать. Получив таким камушком по башке, он точно заткнётся и не полезет больше качать права. Надо спрятать куда-нибудь, чтобы никто не нашёл, а то ещё отберут, зная Богданушкин характер. И я спрятала штуковину в единственно секретное место, которое знала с детства: в лифчик. Ну как в лифчик… В рубаху.