Истинная пара: третьим будешь?

Двинуться не могла. Как будто на меня наложили заклинание «замри» – не больно, просто ни один мускул не слушается… В груди само собой стучало сердце, лёгкие раздувались и сдувались, а я только сидела, откинувшись на сильную руку Ромео, и дрожала. В голове крутилось только одно: будет больно, больно, не хочу, чтобы было больно…

Я совершенно не поняла, как он освободил меня от платья, как распустил заколотые в завитки и локоны волосы, как быстро, одной рукой, расстегнул застёжку на лифчике. Очнулась уже тогда, когда его ладони легли на мои груди, сжали легонько, словно сожалея, какие они маленькие… Я лежала на покрывале, окружённая розовыми лепестками, которые прилипли к спине и плечам, холодили голую попу.

Дёрнувшись, я попыталась отползти от Ромео, который не понял моего порыва и потянулся за мной:

– Ну, куда же ты, рыжая? Рыженькая моя лисичка… Подожди…

– А… шампанское есть? – наугад ляпнула я, сжимая коленки, обтянутые светлыми чулками.

– Шампанское… А, ну да, – пробормотал Хортов, неохотно сползая с кровати.

Пока он возился с бутылкой, осторожно скручивая пробку, пока матерился, разливая вспенившуюся шипучку в два бокала, пока сушил их бумажными салфетками, я быстренько закопалась в одеяло, как большой хомяк, обняла колени руками и съёжилась, насколько это было возможно. Дьявол, мне совсем не хочется заниматься с ним любовью! Может, удастся отсрочить неизбежное? Может, вообще сбежать?

Великий Шабаш, о чём я думаю, спросила себя, глядя на приближавшегося с бокалами мужа.

Он мне всё-таки муж, куда бежать, от чего? Знала, на что шла, Юленька, даже уговаривать долго не пришлось. Ради мира во всём мире, тьфу, между кланами! Так что расслабься и получи удовольствие, в конце концов, Хортов не урод, не старый хрен, насиловать и бить не собирается… Вроде бы…

– Ну что, за свадьбу? Или сначала за знакомство?

– По-моему, тут можно за всё сразу пить, – пробормотала я, стараясь успокоить отбивающие чечётку зубы. Да что такое, в самом деле? Блин, Велизарова, ты же ведьма! Возьми себя в руки, дьявол тебя побери!

Внутренняя пощёчина, которую дала тёмная сторона светлой, подействовала, как укол адреналина, а глоток шампанского сподвиг меня потянуться к Ромео и поцеловать его самолично.

Учитывая то, что мы оба сидели на кровати почти голые, мои руки решительно легли на его плечи, такие гладкие и напряжённые, потом обняли шею… Роман, наверное, счастью своему не поверил, но ситуацией воспользовался очень быстро.