Золотые земли. Сокол и Ворон

Из-за деревьев показался каменный домик, верный знак того, что заканчивались земли людей и начинались владения духов.

В руке Дара сжала тоненький ножик, который взяла с собой тайком, пока не видели Ждана и Барсук.

Лес шумел кронами в вышине, но было удивительно тихо. Птицы не пели. Медленно крадучись, Дара приблизилась к навьей домовине. Верхняя плита еле доходила ей до груди и почти вся была покрыта мхом. Девушка вздохнула несколько раз, не в силах совладать с собой. Обратной дороги не было.

Она зажмурилась и полоснула по ладони остриём ножа.

Полилась горячая кровь. Дара коснулась окровавленной рукой каменной крыши и провела, оставляя длинную алую полосу.

– Хозяин леса, прими мои дары, – произнесла она и положила узелок, собранный Жданой, на крышу домика. Она не знала, продешевила или нет, но боялась разозлить лешего. – Прошу тебя, пропусти к избушке Златы.

Её голос потонул в тишине леса. Дара застыла на месте, прислушиваясь, дожидаясь ответа. Зачем мать пообещала её лешему? Зачем лешему нужна была новая лесная ведьма?

Дара дрожала всем телом, ноги её подкашивались.

Она готова была убежать прочь, но кары духов боялась ещё сильнее, чем их милости.

Ветви над её головой закачались, земля задрожала, и мощный ствол высокой сосны сдвинулся с места. Жёлтые глаза ярко вспыхнули среди мохнатых ветвей.

Дара не могла пошевелиться. Огромное существо возвышалось над ней, тело его, подобное стволу, покачивалось на ветру, и протяжный скрип обращался в вой.

Небо потемнело, точно набежали тучи, но это деревья сжались плотнее, нависли над домовиной. Тихо из глубин затрубила земля. Гул нарастал, поднимался, обступал со всех сторон. Лес признал её, приветствовал. Не дочку мельника, не дочку ведьмы, а своё лесное дитя.

Вой сорвался на тонкий визг. Сосна закачалась, затряслась и рассыпалась на сотни щепок. Они закружили в диком вихре, осыпались на землю дождём, захлопали ветви елей, точно огромные крылья, и Дара пропала.

Навь пропустила её и снова закрылась от остального мира.

* * *

Ни посулённые монеты, ни долгие уговоры не смогли переубедить Жито.

– В лес не пойду, тут и говорить не о чем, – упрямо заявил охотник, не слезая с крыши.

Вячко, задрав голову, наблюдал за Жито, который чинил кровлю своего дома.

– А если…

– Никаких если, сказал же, – отрезал охотник.

Княжич почти отчаялся. Поиски рдзенца, который ограбил фарадалов, привели в Заречье.