Седьмое правило академии Левендалль

Она оставила свой пост у входа и уже спешила ко мне с ласковым выражением лица:

– Ну, как прошло? Приняли?

– Приняли… – ответила я, всё ещё растерянная, и поспешно добавила: – Мадам.

– О, не зови меня «мадам»! Я госпожа Пимпи. Давай-ка свой экзаменационный листок.

Отобрав у меня бумажку, подписанную профессором, она внимательно вгляделась в него:

– Так, так… Ну, пойдём. Вед-Камли, я запомнила! Пойдём, я дам тебе все необходимые направления.

– Скажите… госпожа Пимпи, это и правда королевская академия магии? – уточнила я, чувствуя, как гулко бьётся сердце в унисон нашим шагам по мрамору пола.

Женщина кивнула, не оборачиваясь:

– Самая большая, самая известная в империи и самая престижная. Да ты и сама всё увидишь. Ты не местная, так ведь?

– Я из Роудвиля. Слышали?

– Ох, нет. Где-то на окраине королевства?

– Два дня пути, – грустно вздохнула я, спеша за женщиной по коридору, по пути разглядывая развешенные на стенах барельефы мужских и редко – женских профилей.

Один из них показался мне смутно знакомым, но пришлось догонять госпожу Пимпи. Как же всё теперь получится? Ведь в пансионе есть дортуары… А тут, наверное, все столичные, живут у себя дома…

– Ну, ничего, ничего, сейчас заселишься в комнату, подберу тебе хорошую соседку… – бормотала госпожа Пимпи, отпирая дверь в конце коридора. – У нас места есть, комнатки небольшие, но очень уютные! Что же ты встала? Заходи.

Я не заставила просить себя дважды – вошла в комнату, заставленную старой мебелью и стеллажами, на которых стояли стопки книг.

В уголке был топчан с цветастым покрывалом из кусочков. На таком в монастыре спала сестра-звонарь. Не выспишься толком, зато не пропустишь утреннюю молитву. А ещё в комнате госпожи Пимпи везде были котики. Не настоящие, разумеется, а статуэтки, валяные игрушки и, по-моему, даже чучела… И все они следили за мной. Конечно же, мне это просто казалось. Но ощущение не из самых приятных.

Впрочем, что в сегодняшнем дне было приятного?

Госпожа Пимпи села за старинный секретер на скрипнувший стул и пододвинула к себе стопку листов серой бумаги. Обмакнув перо в чернила, спросила:

– Дата рождения?

– У меня её нет, – ответила скромно.

– Вот как? – удивилась госпожа Пимпи. – У каждого человека есть дата рождения!

– Она есть, но я её не знаю. Меня нашли.

– Ах как это грустно, – огорчилась добрая женщина, качая головой.